Пишу тебе, муж мой, в надежде, что ты еще жив. Вот уже два года никаких вестей не приходит от тебя. Сын наш заметно вырос, поумнел. Все больше он похож на тебя и все меньше - на меня. Ждет тебя очень, скучает. Хозяйство наше не вполне исправно, не хватает мужской руки в доме. Даст Бог, продержимся еще полгода, а дальше придется что-то делать. Деньги последние на этот месяц отдам коновалу, он придет глянуть на ближайшей неделе на нашу вороную кобылу, наверное, кровь ей пустит. Напиши нам, если жив, пошли весточку о себе.
Да охранит тебя Святая Богородица!
Эжени
~~~
Здравствуй, Эжени!
Я жив и здоров; дай Господь, чтобы и вы с маленьким Жаном тоже. Сильно по вам скучаю. Дел в госпитале очень много, а почта ходит ненадёжно, потому так давно вы не получали от меня вестей. Это письмо я отправляю с надёжным человеком; его зовут Шарль, и пусть тебя не введёт в заблуждение то, что он почти не может говорить - это последствия контузии. Он славный аптекарь и хорошо помогает мне в госпитале. Раненых очень много, несут и несут их иногда сплошным потоком. Госпиталь бывает переполнен. Надо сказать, что многие из них страдают не в сражениях, а на дуэлях, что здорово меня раздражает. Несмотря на это, смертность в госпитале небольшая. Большинство ранений не слишком серьёзные, и раненые быстро поправляются благодаря уходу сестёр конгрегации.
Я познакомился с королевским лекарем, господином Жаном де Вогринез, и он изволил помогать работе госпиталя. Я советуюсь с ним в некоторых сложных случаях. Недавно нам не удалось спасти королевского мушкетёра, господина дю Валлон. Он был сильно ранен, прикрывая короля от осколков в сражении, его кости были раздроблены. Потребовалась ампутация, но она не помогла спасти героического солдата. Его друзья мушкетёры были с ним до конца, и сам его величество король изволил посетить госпиталь и попрощаться со своим спасителем.
Когда я не оперирую, я провожу учёт лекарств, даю указания больным и сёстрам. Иногда я дремлю прямо в госпитале, в кресле. Недавно мне приснился там странный сон. Случай одной пациентки был очень сложен, и я боялся, что не смогу её спасти. Мне приснилась госпожа Болезнь и молча предложила сыграть в странную карточную игру. Каким-то чудесным образом мне удалось выиграть, и проснувшись, я знал, что смогу попробовать спасти больную. Но я так и не мог продумать лечение полностью, пока не подошла ко мне одна из сестёр конгрегации, давшая обет молчания. Она сложила лист бумаги определённым образом и показала мне его, и тут я понял, как мне залечить рану.
Ну вот, мне ещё многое хотелось бы рассказать тебе, но Шарль и Даниэль уже вот-вот уходят, мне надо внести последние поправки в список лекарств, которые они купят в Париже. Люблю вас с Жаном. Надеюсь, что скоро война закончится, и я смогу вернуться к вам. И открыть аптеку, как мы мечтали.
Твой Эмманюэль.
P. S. Если сможешь, помоги Шарлю советом в поиске лекарств
~~~
Здравствуй, Эжени!
Я пишу тебе с радостным, долгожданным известием: война закончилась, и закончилась миром между его величеством королём и магистратом Рошели. Уже скоро я вернусь домой.
Последнее время перед мирным договором в баталиях было затишье, видимо, уже шли переговоры. Однако в госпитале легче не стало, потому что оставшиеся без дела солдаты чаще затевают драки и кутежи. Кроме того, несколько знатных особ пострадали из-за интриг. У меня было много сложных операций. Мне довелось оперировать графиню, которую серьёзно ранил в живот один дворянин, а через пару дней - самого этого дворянина, жестоко избитого. Оба выжили, но вскоре дворянина зарезали прямо в госпитале. Неприятно писать, но я так зол был на него, что готов был сам его прикончить, если бы не долг врача перед пациентом. Кроме того, другому дворянину проткнули шпагой шею, и пришлось вставить в трахею трубку, чтобы он мог дышать. Его срочно отправили в Париж, надеюсь, там смогут больше, чем можно сделать в поле. Я хвалю Господа за то, что Он не упромыслил моровых поветрий за всё время войны.
Да, не успел написать в прошлый раз. Господин де Вогринез, оказывается, тоже был знаком с мсье Тибо из Рошели. И судя по его сведений, ещё больше оснований полагать, что мсье Тибо погиб. Однако ему мсье Тибо успел сообщить кое-что, чего не успел мне: по-видимому, поветрие, о котором он писал, было вызвано не болезнью, а ядом. Я надеюсь, что скоро смогу узнать о судьбе мсье Тибо вернее.
Однако хватит о крови и смерти. Расскажу лучше, что я познакомился с двумя музыкантами, служащими при Наваррском полке. Одна из них - девушка из Бретани, разыскивавшая своего брата. Сначала она прибилась к полку в мужском платье, потом помогала у нас в госпитале. Она плохо говорит по-французски, но очень хорошо поёт. Музыкант же мало о себе рассказывает, но очень хорошо играет на лютне и весьма образован. Они хотели посетить Париж, и я хотел бы, чтобы ты услышала, как они играют и поют. Надеюсь, это случится уже весьма скоро.
С нетерпением жду встречи,
Эмманюэль.
