Все задаются вопросом - что за хня творится с социальным капиталом, о существовании и смысле которого я до декабря 2025 не имела ни малейшего представления. Но он у меня был! А теперь вместе со всеми я его теряю, и от этого теряюсь. А вдруг это што-то плохое? Пока я вижу, что все сокрушаются, но никто не придумал что с этим делать? зачем "они" его нам тают? Чтобы что? А от тоскливой непонятности я спасаюсь графоманством! Играю в буриме и радуюсь как дитя! #снова лето. Играем в Буриме! - https://4ek-lis.livejournal.com/11… Рифмы этой недели - тепло, стекло, крыло, село, весло, число, дупло, трепло, бабло, назло, светло, цвело, зажгло, спасло, везло, влекло, пекло, могло, занесло [ло-ло-ло] В промышленном городе стало тепло Пыльцою, не пылью покрылось стекло И бабочки, робко раскрывши крыло, Рискнули разведать: где луг, где село, Где речка, где лодка, а где же весло?
И вот наступило седьмое число, А Маша записку вложила в дупло, Подумав: "Дубровский! Не будь как трепло! Скорее сбирай чемодан и бабло, Покуда я замуж не вышла назло!"
До позднего часу бывает светло. Душистой волной всё вокруг за-цвело И с новою силою солнце зажгло И маковки старым церквам напекло Как будто исправить хоть что-то могло
Меня под окошко твоё занесло Как будто могучею силой влекло В любви и в игре мне обычно везло И это меня той весною спасло.
Как нам невинность соблюсти и капитал приобрести? Есть идея? Поделись!
Мы с папой играли в буриме всё моё детство. [немного ностальгии из 80-х. Троллейбус, касса-копилка, остановки на проспекте Ленина, городской бор...]Происходило это так. Ребёнок должен гулять на природе, это знают все. Слава богу в центре нашего уездного города Че раскинулся городской бор. Это самый настоящий лес, с грибами и ягодами, с несколькими водоемами - бывшими карьерами, пригодными для купания, одним боком выходяший на городское водохранилище под жужжащим названием Шершни. От площади Революции доехать до городского бора тогда можно было на любом троллейбусе. Перейти к Центральному гастроному по подземному переходу... Центральный Гастроном, Ленина 36 Ох эти челябяинские подземные переходы. Урал источник полезных ископаемых, в том числе ээфектных стройматериалов - гранита, мрамора, змеевика. И на главной площади оба огромных подземных перехода были из гранита и мрамора. В других районах я не бывала, а по этим переходам бегала ежедневно. Как я была поражена увидев подземные переходы в Москве и Таллине. Они были убогие, покрытые кафельной плиткой, никакого тебе розового гранита и молочно белого с сизыми прожилками мрамора, никаких чугунных ажурных решеток. Не смогла найти годных фото - только тлен и упадок - а вот переход на ЧТТЗ - ну хоть решетку и мрамор видно Итак, троллейбус. Там надо купить билетик. На поручне висит касса копилка. В прорезь надо всунуть монетки ( трамвай 3 копейки, троллейбус 4, автобус 5, но на автобусе мы никогда и никуда не ездили), после чего крутануть колесико абонементной ленты и по зубчикам аккуратно оторвать положенное количество абонементов. На абонементе надо было прочитать цифра и если сумма первых трех равнялась сумме вторых трех - билет считался счастливым и его надо было съесть! Вот такая копилка Разумеется копилка не давала сдачи, и если у тебя был гривенник, или того богаче двугривенный, или вообще жирный металлический рубль - надо было стоять возле автомата и собирать у пассажиров себе на сдачу, а потом коллективно вбрасывать крупняк. Но такое я видела очень редко, у всех были копеечки, двухкопеечные, трехкопеечные и пятикопеечные весомые пятаки. Без мелочи люди не ездили в транспорте. Да и вообще не ходили. На мелочь ты пил газировку из автомата и звонил по телефону автомату с улицы! Сейчас я знаю в Америке люди охотятся на железную мелочь для прачечных! Итак, ты честный и ты бросил Столько денег, сколько тебе надо билетов. Отмотал и оторвал. Папа, чтобы не не потерять, делал из абонементов гармошку и подсовывал под обручальное кольцо - делал мне Усики или Рожки и смешил меня этим бантиком. Троллейбус идет до бора по прямой - по проспекту Ленина на закат... Раньше главная улица нашего города называлась проспект Спартака, прикиньте? но с 1960 - как и везде в СССР - главная улица - Ленина! На конечной сходили. Это 12 минут примерно. Сначала Публичная библиотека ( рядом единственный магазин конфет Золотой ключик! Без конфет при чем ( с несьедобными). Потом Детский Парк ( сейчас Алое поле), там детские площадки и очень красивый мемориал Ленину и пионерам Героям, а также Дворец пионеров и школьников и там есть Круглый дом где в куполе - обсерватория! Это что то про звездное небо! Потом Уральские пельмени, это Шикарный ресторан, там отмечали папины 45 лет. Потом - Гражданпроект, это если мы хотим пойти в ПКиО имени Гагарина, там есть детская площадка Гулливер. Потом остановка ЧПИ, Челябинский политехнический институт - там папа работает. И конечная - конечная. И - лес! с тропинками и местами асфальтовыми дорожками. По ним ездят великолепные люди на роликовых лыжах! Они отталкиваются палками и проносятся мимо как крылатые боги, как Гермес с крылышками на икрах... С собой мячик - папа считает, что девочка должна быть ловкой. Мы перебрасываемся им. Еще мы пуляем шишками по стволам деревьев, тоже для меткости. И играем в словесные игры. в Города на определенную букву. В слова - когда надо назвать слово на конечную букву предыдущего. В знаменитых людей - задавая вопросы на которые отвечают только да или нет, и конечо - в буриме. Придумываем пару рифм - любовь морковь розы- слёзы -и сочиняем короткий стишок... Вспомним детство, вспомним золотое? Оля enka_letka написала про флешмоб - она в сообществе 4ek_lis увидела рифмы чемодан диван ураган балаган банан болван стакан таракан тюльпан капкан канкан баран барабан баклажан туман экран и нарифмовала! И мне стало так весело и я тоже нарифмовала!
Грустных, упаднических стихов о тлене и расставании не хотите ли?
...Индиго, бургунди и цвет баклажан - Все сумки и туфли покрыли диван Как будто по дому прошёл ураган, Как будто взорвался большой балаган. Она наконец собрала чемодан.
Задорно бликует безмолвный экран: По ящику Гурченко пляшет канкан. Сутуло поник головою тюльпан. В висках монотонно стучит барабан: "Мы сами себя загоняем в капкан".
Бесстрастным свидетелем стал таракан, Смотревший на нас как в ворота баран. И символом ссоры был битый стакан.
А знаком распада - пигментный банан. Но я всё молчал как последний болван. Любовь испарялась в ноябрьский туман...
Народ флешмобит как заведенные. Мне от bergberg досталась буквы С.
Слово. И в начале всего было Слово. И Слово это было... Слово! Я хотела даже жж назвать - Дитя Слова. Это название моего любимого романа Айрис Мердок про очень странных людей. Я чувствую себя истинным дитём слова. Наслаждаюсь словами. Играю словами. Ценю слова. Умею владеть словом. И часто ( и слишком много) говорю: Процитирую нобелевскую речь Бродского - [о языке в высоком смысле]... не язык является его ( поэта) инструментом, а он – средством языка к продолжению своего существования. Поэт, повторяю, есть средство существования языка. Или, как сказал великий Оден, он – тот, кем язык жив. Не станет меня, эти строки пишущего, не станет вас, их читающих, но язык, на котором они написаны и на котором вы их читаете, останется не только потому, что язык долговечнее человека, но и потому, что он лучше приспособлен к мутации.
Если тем, что отличает нас от прочих представителей животного царства, является речь, то литература, и в частности, поэзия, будучи высшей формой словесности, представляет собою, грубо говоря, нашу видовую цель.
Язык и, думается, литература – вещи более древние, неизбежные, долговечные, чем любая форма общественной организации.
Одна из заслуг литературы и состоит в том, что она помогает человеку уточнить время его существования, отличить себя в толпе...
Сын. [Мимимитя] Мне досталась одна забава... К сожалению всего одна. К счастью - это мой необыкновенно прекрасный сын Митя шестнадцати лет. Я ненастоящая еврейская мать, я критична, перфекционична, очень редко его хвалю, много кричу, ладно, кричала. Сейчас я уже просто кормлю и люблю, люблю и кормлю. Но могу смело сказать что ничего прекраснее этого юноши я не сотворила. Он прекрасен физически. Он высоченный, здоровенный парень. У него славный характер. Он покладист до сих пор ( только не с мамочкой). У него безупречный вкус. Он прекрасно рисует. Он очень артистичен. У него чудесное чувство юмора. Он слушает только хорошую музыку. Он вкусно пахнет и красиво одет. Он читает сложные книги. То Кафку, то Гессе. Он добр и снисходителен к своим друзьям. Он великодушен и имеет представления о чести. Он очень умный и сообразительный. Он очень хорошо понимает нас, родителей и наши "старомодные" интересы - цитаты, фильмы, книги. С ним можно цитировать Ильфа и Петрова, Суера-Выера, Понедельник начинается в субботу. Сегодня я читала ему рассказ Брэдбери " И всё таки наш", про голубую пирамидку. Сама чуть не плакала и Митя тоже растрогался. Он носит тяжелое, ходит в магазин, моет полы и всегда согласен поехать со мной куда угодно - хоть в замок, хоть в музей, хоть на блошку. Он всегда несколько кобенится, но потом искренне восхищается - что мультфильмом Бардина "Банкет", что выставкой коллекции Шарфа в Кунстпаласе.
С - на эту букву звали три моих больших романа во время университета, три мои студенческие влюбленности. Привет вам из середины 90-х! [три товарища]На третьем курсе был курортный роман. Это было прекрасно - Сочи, жара, мелкий сладкий виноград киш-миш. Он был из Москвы, я была из Челябинска. Он уехал на поезде и звонил мне с каждой станции - с телефона -автомата. Старшая по этажу тётя Манана кричала в коридор - Надичька, золото, беги суда, С. звонит! Ну короче я поехала с юга не домой а в Москву и зря... Это было мимолётно и очень увлекательно. 1 месяц в 1995 году. На четвертом курсе был основательный роман. Тот С был студент-медик, наш роман начался на свадьбе друзей и мы были ужасно влюблены и счастливы примерно полгода... У С. была собака ирландский сеттер по имени Джина ( в честь Джины Дэвис) и я до сих пор считаю эту породу лучшей в мире. С. рисовал мне картинки, дарил кольца и диски, мы были как попугаи-неразлучники и я устала заранее от нашей пары, ведь мир обещал столько всего Нового! неопробованного! Весь 1996 год На пятом курсе я умудрилась вляпаться в настолько идиотский роман, что того С. я не могу даже вспоминать - передёргивает. Даже рефлексия противна. Наверное для баланса сладкого и горького, для опыта человеческих отношений всё полезно, но я бы предпочла никогда не встречать того С, я называла его милый, и милый тот был мудак с большой буквы М ( хотя в контексте настоящего поста можно полагать его сукой с большой буквы С). Это длилось больше трех лет а лучше бы этого никогда и не было.
Съестное - я человек-пищевик. [и о пище нашей насущной] Бывют жензины для уборки ( феи чистоты и порядка), а бывают - для готовки. Первые с ОКР, вторые с лишним весом . Я конечно из вторых! Я люблю говорить про еду, писать про еду, читать про еду, готовить еду, угощать едой, обсуждать еду - еда очень важная часть моей жизни. С детства я читала кулинарные книги. КоВиЗП, кулинарный словарь Вильяма Похлебкина, "Приятного аппетита" Линде Гюнтер, Кноблох Хайнц. Я внимательно читала как сделать самодельное мороженое ( в мороженнице! с ванилью!), постигала секреты курника и училась растягивать тесто на штрудель. Советская действительность в 80-е годы не предоставляла никаких возможностей для готовки - продукты были самые простые, но я мечтала о тех временах когда у меня будут и листы водорослей для японских пирожных суси, и настоящая ваниль для сладких блюд, и спаржа и лук порей для киш-лорена, и мак в сиропе, и зелень кориандра и зерна кориандра, и приправа уцхо-сунели для харчо, свежий лосось и тунец, разнообразные отрубы говядины для тушения, разноцветные перцы для паприкаша... По настоящему интересно готовить я начала конечно с приходом в жж. Чтение китчен-наха и изикукс, а также изучение блогов кулинарных гуру - это как образование в кулинарной школе. Плов у меня по Сталику, кремовый грибной суп по Гедрюсу, харчо по Тинатин Мжанавадзе ( merienn), а рецепты я черпаю из своего любимого каталога закрывшегося сообщества готовим вместе (gotovim_vmeste). Я очень люблю кормить. Приходите в мой дом - и я вас накормлю.
Собака. [У каждого человека должна быть собака] У меня была книжка Юрия Яковлева - сборник рассказов "У каждого человека должна быть собака". Я всегда мечтала о собаке. Сначала я мечтала о немецкой овчарке. Потом об ирландском сеттере. Я даже в жж писала как бы я хотела сама быть собакой!
Я тот человек, что кидается к собакам друзей и знакомых, и даже к симпатичным бродячим. Глажу их, перебираю их уши, чешу им пузико, жму их прекрасные лапы. Пока это моя мечта! Слишком много сложностей, но я надеюсь, что у меня все таки будет собака. Пока - у соседей есть дивная кане корсо, и это сущая лизуля и лапотуля весом и размером почти с меня, и той же силы любви к человечеству, что есть у меня. Её зовут Альма и она мой друг!
Дорогое всё, вся, вся! Вот и день рождения. Вот и прожили мы, как грится, больше половины. И пока мне рот не забили глиной - из него раздаётся, разумеется, благодарность.
Мама уже сделала мне подарок - она помнит, что у меня день рождения. Каждый день говорит - "...через три дня у Нюши день рождения, через два дня, завтра..." Только цифра её пугает, никто не ожидает, что маленькой дочке писят один. Ну да, к такому жизнь нас не готовила...
Но! Никогда больше я не буду моложе, сильнее и здоровее чем сейчас. Потому - буду предаваться веселью ( а не готовиться к экзамену) А вот вам мои высокоодухотворённые фоточки из похода на выставку коллекции Шарфа, из кафе Creamcheese из Кунстпаласа, из цветущего Дюссельдорфского парка - и с выступления Армена Захаряна:
1. Мне кажется мой инстаграм подозревает, что я живу в Европе, что я немолодая женщина, и что мне нравятся мужчины с усами ( нет!) 2. Я никогда не смотрела Евровидение и не собираюсь НО!
Этот Эйдан с Мальты звучит как настоящение томление!
...В дедушкиной комнате на стене висела в большой золочёной раме "трофейная" картины. Дедушка Арон - участник войны, картина, понятно, немецкая. Я думаю, что она была в замке Шосниц (Schloss Schosnitz), владельцем которого , как и всего имения Шосниц (сейчас это место называется Сосница, Каты Вроцлавакие) был некий Ernst Wichelhaus, юрист и землевладелец, возглавлявший медок войнами гражданскую администрацию округа Бреслау (сейчас Бреслау называется Вроцлав). Почтенный Герр Вихельхаус скончался в 1943 году. В 1937 году кстати местечку Шосниц поменяли название на более арийское - Райхберген. Это было последнее место где стоял дедушкин госпиталь и военная часть. В прошлом посте есть открытка с видом Райхбергена, и замок обведен кружочком, дедушкиной рукой. Замок к маю 1945 стоял заброшенным, разоренным. Бои за Силезию были весьма ожесточенными. Ещё в январе гауляйтер Бреслау обергруппенфюрер Ханке организовал весьма успешную эвакуацию мирного населения из Нижней Силезии. Предположим, что там оставались какие-то предметы, не имеющие бытовой ценности во время войны, и что Герр Вихельхаус любил Каульбаха.. Картина наша была старая, впечатляющая, музейного вида. На ней - сквозь очень темный лак и низкого качества защитное стекло было видно бытовую сценку с детьми, причудливо одетыми, в странных шляпах, перемотанными платками, печь, скамеечка. Дети немного крупноголовые как карлики. Мальчик на первом плане сладко спал, остальные в него вглядывались.
Вот единственное фото картины которое я нашла - это сентябрь 1998 года, мама и папа - маме 60, папе 64. Маме 60! посмотрите на эту юную красавицу!
Картина была подписана H.Kaulbach. Папа вычитал про автора в энциклопедии Брокгауза и Ефрона и говорил так: это Каульбах, из династии художников Каульбахов. Наличие дома Брокгауза и Ефрона и энциклопедии Южакова очень украшало моё детство в вопросах написания рефератов. Что такое "династия художников" я тоже знала с детства - моя любимая книжка была альбом по искусству про Лукаса Кранаха -старшего. Там подробно описывался семейный подряд. Картину мы торжественно показывали новым гостям дома. Папа обожал показывать библиотеку и квартиру. Мама рассказывала что я привела детишек из двора и церемонно водила их по комнатам совершая плавные жесты - здесь у нас стоят альбомы по искусству. Это - библиотека приключений. Это - собрания сочинений. Это - современная поэзии. Это старинная картина немецкая, трофейная. Маленькие гости благоговейно внимали… О ценности нашего Каульбаха говорило и то, что Челябинская областная картинная галерея как-то заимствовала её для временной выставки. К сожалению из за домашнего хранения картина на доске начала рассыхаться, по красочному слою пошли трещинки-кракелюры.
Я-то больше любила другой военный трофей - на дедушкином письменном столе стояла тяжелая прямоугольная статуэтка - там лежала бронзовая девочка, обнимающая кролика. Девочка показывала кролику огромную раскрытую книгу, она очень увлеклась, с ноги слетела одна туфелька, на статуэтке по цоколю шла надпись по-немецки - KANNST DU LESEN? . Девочка вот с годами не портилась, лишь бронза (Вова всегда меня поправляет - латунь!) немного патинировалась. Я часами могла водить пальцем по прическе милейшей девочки, по книге, трогать кролика за ушли... И вот в 98-е году мы картину Каульбаха "съели". [почему?] Жили мы в 90-е годы, гм, скромно, как и многие постсоветские люди в постсовке. Родители мои внезапно из хорошо зарабатывающей технической интеллигенции (что в СССР звучало денежно и престижно одновременно) стали бесправными, нищими бюджетниками (что звучало бесперспективно и голодно). Никаких коммерческих склонностей у них не было, и возможностей их проявить - тоже. Папа в советское время как доцент кафедры, кандидат наук, преподаватель (с дополнительными часами - вечерниками, заочниками, дипломниками, нормоконтролем) зарабатывал 370 рублей в месяц. Мама - патентовед, она получала как начальник отдела машиностроения в филиале ВЦПУ - Всесоюзного центра патентных услуг - поменьше, 250, с подработкой - семинары по . Но так как родители до перестройки никогда не говорили о деньгах, очевидно их был некоторый избыток. Мы их складывали на сберкнижку! Где они благополучно и пропали все...
Итак в 90-е папа зарабатывал сущие копейки и подрабатывал где мог. Подрабатывать папа мог только продавая и предлагая свои несметные знания и лекторскую обаятельность, так сказать монетизируя свою страстную любовь к книге и рассказыванию историй. Поэтому папа читал везде куда звали ( в школах, колледжах, институтах, культурных учреждениях) лекции о Пушкине, о книжках, придумывал учебные курсы для школ и институтов - по ТРИЗу (теории решения изобретательских задач) и по эээээ не знаю - книговедению? пушкиноведению? - короче по библиофильству. Всё это были смешные заработки, они позволяли разве что не помирать с голоду, зато приносили папе огромное удовлетворение и популярность в городе. Мама же в 1987 году увольняется из ВЦПУ и возглавляет ИТТП - институт технического творчества и патентоведения. На самоокупаемости. И сама организовывает обучение по этим, и другим, более денежным направлениям. Лицензия на образовательную деятельность позволяла образовательные услуги маминого института отнести на себестоимость продукции. Мама, начиная с 1995 года, делала так - с мая по октябрь в Сочи и Ялте она проводила обучающие семинары для руководителей и главных бухгалтеров, так уж получилось - больниц, образовательных заведений, какие-то учреждений, даже промышленных предприятий. Так постепенно мама стала главным добытчиком в семье. Господи, Остапа понесло, про это надо отдельно писать.
Словом в 90-е денег не хватало. Сашка был уже семейный и практически отец, Катя была беременна! А тут кризис - помните? Рубль просел, а цены взлетели … Потому на семейном совете осенью 1998 решили мы нашего Каульбаха загнать. [как загнали] К счастью у папы уже были подходящие знакомые - сын его друга-библиофила московский известный антиквар. За 10 тысяч долларов. Деньги папа торжественно разделил на 4 равные части и раздал - себе и маме, мне и Сашке. На свои деньги родители поехали в вожделенную Италию. Сашка свои взял и репатриировался в Израиль. Я свои закопила, я очень люблю копить денежки. Тратила постепенно и только на самое важное - на учебу в Москве, на шмотки с Лужников, на походы в московские театры - и наверное на первые поездки за рубеж даже осталось... На Турцию в 2001 году за 580 долларов путевка плюс 400 с собой... Прошли годы и жизни. Папы уже почти 9 лет нет в живых… И вот сейчас, в 2026 году на блошином рынке Вова нашёл красиво изданную детскую книгу. Hermann Kaulbach "Bilderbuch" Ба, да это же наш Каульбах! Х! Херманн! То бишь по русской традиции Германн! Итак, что мы знаем про Каульбахов? [Папа, Вильгельм фон Каульбах] Основатель династии. Учился к слову в Дюссельдорфской академиии искусств откуда был изгнан за драку! Потом учился в Мюнхене, где и находится большинство его работ, а также росписи отдельных помещений. Ему было поручено расписать холл и стены главной лестницы в берлинском Новом музее. Что именно нарисовать, Каульбах обсуждал с интеллектуалами того времени - Гумбольдтом, Шеллингом и самим королем Прусии. Сюжеты основывались на гегелевской философии истории и идеях периода историзма в литературе и живописи. По аналогии с библейскими шестью днями Творения изобразили шесть главных поворотных моментов мировой истории. Король и Каульбах несколько лет спорили какие события считать Важнейшими - в итоге победили «Вавилонская башня» (Вавилонское столпотворение), «Гомер и греки» (Победа греков при Саламине), «Разрушение Иерусалима Титом», «Битва гуннов», «Крестоносцы у стен Иерусалима», «Эпоха Реформации». Каульбах применил авторскую новаторскую методику росписи стен - клеевыми и восковыми красками по сухой штукатурке, сверху «жидким стеклом» (раствором силикатов натрия и калия, который после застывания образует глянцевитую поверхность). После налетов авиации союзников в 1943 на Берлин вестибюль музея был разрушен, росписи погибли. Эти масштабные росписи отражали историческое мировоззрение XIX века и основные принципы музея: преемственность, представление и сохранение культурной истории. Вот гравюра Вавилонское столпотворение, и вообразите - это была 7 метровая "фреска":
Современники ругали росписи стен музея. Они сравнивали их со Станцами Рафаэля в Ватикане, что не очень честно. Никто кроме Рафаэля не Рафаэль, я думаю росписи были стоящими, просто очень "немодными" тогда, классическими , скучными, устаревшими. Но ничего, а мы бы 180 лет спустя ими с удовольствием бы любовались...
А я оказывается с детства тоже была знакома с работами папы-Каульбаха. Помимо своих очень популярных и очень скучных исторических картин он гениально проиллюстрировал гётевского "Рейнеке Лиса" в 1847 году. И это совсем другой коленкор! чистая прелесть! Граверы по рисункам и виньеткам Каульбаха-старшего сделали гравюры, и по моему это шедеврально! У меня была такая книжка в детстве, и читать было прекрасно, и рассматривать эти детальные иллюстрации с чудесным юмором Посмотрите на этого принца на горшке! Или на этот прельстивый поклон:
Ещё два Каульбаха - кузен и племянник [кузен и племянник] Фридрих Вильгельм и Фридрих Август. Оба очень модные востребованные портретисты. Фридрих Вильгельм был придворным живописцем в Ганновере и рисовал тамошнюю знать. Его сын Фридрих Август стал Ещё более модным женским портретистом, с удовольствием заказала бы у него свой портрет: Дочери этого Фридриха Августа тоже вышли замуж за художников, старшая кстати за Макса Бекмана, выдающегося представителя дегенеративного искусства. А кто же наш Каульбах? Наш - сын Вильгельма! [сынуля-то] Герман Каульбах жил в Мюнхене. Поначалу склонный к исторической живописи, шедший по стопам отца, параллельно он начал писать востребованный китч того времени. Сладенькие картины! Херманн был хорошим рисовальщиком (как и все в династии Каульбахов), был обучен хорошо, похоже и красиво рисовать. Его главной темой стали детишки. Трогательные такие детишки, в одежках, крутолобые, щекастые, трогательные, серьезные. Бытовые сценки, а не парадные портреты. В колоритных бедняцких интерьерах, никаких фарфоровых кукол и кружевных панталончиков. Часто на картинах - печки, скамейки, каменная кладка стен... Дети в рваных курточках, часто в одежде с чужого плеча, в спадающей обуви. Но все очень опрятные, такие опереточные бедняки! Не несчастные изможденные дети на картинах Перова, никакого сентиментального реализма - напротив, детишки упитанные, румяные, проказливые, очень аппетитные. И слишком сладкие, открыточные. Художник попал в сердечко потребителя - его картины с детишками были растиражированы в открытках и продавались многиех десятки дет. Гензель Радость шута, горесть шута Das Pausenbrot Жили-были
Вот кстати портрет последней русской царицы Александры Федоровны - Аликс Гессенская
Как я понимаю, эти милейшие детишки пользовались спросом. Это выглядело мило, забавно, уютно, забавно и очень демократично (не только же портреты царей вешать в домах). Вот наша картина с уснувшим парнишкой была очень похожа на фрагмент картины «Кукольный театр», только более мутная и с непонятным сюжетом - не то дети, не то лилипуты, шляпы, каменный пол, печка... Кукольный театр
Но вернемся к книжке, которую Вова нашел на блошином рынке! Стишок - Kannst du lesen? [Ты умеешь читать?]Annemarie:
»Karnickelchen, Karnuckelchen, Mit dem krummen Buckelchen, Mein liebes Spielgesellchen Mit dem weichen Fellchen, Warst so lange allein, Wie mag dir's ergangen sein?«
Hänschen:
»Suchte dich hier und dort, Doch du warst fort! Hab' dann im Ställchen gesessen, Kohlblätter gefressen.«
Annemarie:
»Und wie haben die Apfelschalen geschmeckt, Die ich dir unter den Blättern versteckt? Da ging's gewiß: knupper – knupper – Knäuschen? Gelt, war ein feines Schmäuschen?«
Hänschen:
»Freilich, die schmeckten mir, Hab schönen Dank dafür!«
Annemarie:
»Siehst du! Und Annemiez indessen Hat in der Schule gesessen, Ist fleißig gewesen, Mußte schreiben und lesen Und rechnen dazu, – Du kleines Dummerchen du!
Man darf nicht immer nur Männerchen machen, Schlafen und fressen und solche Sachen, Man muß lernen und fleißig sein, Es soll gar viel in den Kopf hinein. Kannst den Herrn Lehrer fragen, Der wird dir's sagen
Komm, auch du darfst so dumm nicht bleiben! Kannst du schon lesen? Kannst du schon schreiben? Lies, was hier steht! – Du kannst es nicht, – Ach, was machst du ein dummes Gesicht!«
Hänschen: »Gib dir keine Mühe erst, Annemarie! Ich weiß schon sicher, das lerne ich nie! Mag noch so die langen Ohren spitzen, In meinem Köpfchen bleibt doch nichts sitzen.«
Annemarie: »Ach, mein liebes, kleines, dummes Hänschen, Dann bleib nur so dumm, wie das dümmste Gänschen! Ich glaub' auch, wärst du so klug schon wie ich, Ich liebt' dich nicht halb so, sicherlich!«
Видите девочку, Аннемари, которая разговаривает с кроликом? Она говорит ему - ах ты мой маленький глупышка, где ты был? Грыз капустный листик? А ты нашел яблочную кожурку? Рад был? Кролик отвечает Да, спасибо, очень вкусно! Будто лист жуёшь капустный Девочка рассказывает зайке как надо поступать хорошему ребёнку - читать, писать, считать, слушать учителя, быть прилежным... Ну а ты глупыш? Ты умеешь читать? Ну-ка прочти! Эх ты моя глупая пуся... Не умеешь - ну и ладно, я всё равно люблю тебя сильно-сильно!
Вы не поверите! Это же моя - наша, дедушкина бронзовая девочка, с дедушкиного стола! Обнимает кролика, и туфелька слетела с ноги. Кто подписан на мой инстаграм это моя аватарка! Я с этой бронзовой девочкой всю жизнь! Я и сейчас с ней! Вот фото доказательство: Меня окружают Каульбахи! Один нас прокормил и дал всем нам увидеть мир, второго я привезла с собой через пол-мира, третьего нашёл Вова!
11 лет назад я написала этот пост. С той поры у меня многое поменялось. А пост - важнейший для меня. Прошу прощения за марку Фотобукета на фото, они негодяи. Мой дедушка, подполковник Арон Григорьевич (Гершлевич) Кислюк, военный врач-хирург, родился в 1903 году на Украине в маленьком тихом городке Мирополь на Волынщине. [много текста, фото, документов]
Он был единственным сыном у родителей, имел четырёх старших сестёр Хану, Адель (Удю), Берту и Эсфирь, наперебой заботившихся о нём.
Дедушка учился в хедере - начальной еврейской религиозной школе, но наступило другое время, и он стал молодым советским человеком. А также - забегаю вперёд - на фронте стал членом ВКП(б). *** Папа говорил что дед был из очень бедных евреев, приветствовавших революцию и Советскую власть. Дедушка был очень мудр и брат мой Сашка считает, что иллюзий у него не было. Но социальный лифт вследствие преобразований - случился. А репрессии чудом прошли мимо. Дедушка не был настолько пассионарен и авантюристичен чтобы уехать в Палестину или Америку, и не мечтал о том. Не был антисоветчиком, понимал как много дала ему пресловутая Советская власть. *** Итак, в 1919 году мой шестнадцатилетний дед начал свою трудовую деятельность секретарём волостного комитета профсоюза в г. Мирополе-на-Волыни, как было написано в его трудовой книжке. Параллельно на общественных началах он заведовал городской библиотекой. Так проявилось его пристрастие к книгам, прошедшее через всю его жизнь.
В 1923 году Арон начал учёбу в Киевской фельдшерской школе, а в 1930 году он окончил Киевскую медичную академию. Для того, чтобы поступить в вуз, в те годы требовался рабочий стаж, пролетарская закваска, и деду пришлось некоторое время работать в слесарно-инструментальной мастерской - кажется, жестянщиком.
В институте Арон встретился с моей бабушкой, Идлис Дорой (Деборой ) Эммануиловной (Менделевной) : они учились на одном курсе, и к окончанию института они уже были женаты. *** Бабушка Дора напротив была из очень состоятельной семьи черниговских антикваров и книготорговцев. Ее дед Иосиф Залманович был уважаемым человеком, владел магазином и библиотекой - такой знаете ли публичной библиотекой, где люди брали книги! Кажется там была и небольшая типография - открытки с видами старого Чернигова так изданы Изд. И.З. Идлис. Бабушка Дора была очень образованная, интеллигентная, и до революции жила жизнью балованной еврейской дочки. Ее отец Мендель и дядья - все дети были вовлечены в антикварный и книжный бизнес, и слом общественного строя навряд ли привел семью Идлис в восторг. Я сейчас не могу найти - но в каких белоофицерских мемуарах вспоминали подводы старого Идлиса с сыновьями, горестно паковавшими фарфор перед вступлением Красной Армии в Чернигов…
От бабушки мне осталась одна японская фарфоровая чашка и одна ваза, расписанная вручную художницей из семьи Ге. Вот и всё наследство моих прадедов антикваров. Бабушка не была красива, но настолько обаятельна и дружелюбна, что самые разные люди - и папины молодые друзья интеллектуалы, и еврейские старушки с дореволюционным детством, и самые простые - наши домработницы - все тянулись к Доре и долго с ней беседовали и пили чай. Это уже по рассказам моей мамы:) которая свекровь любила и немного робела. Бабушка умерла за 6 лет до моего рождения и я не могу сказать насколько я на нее похожа… но явно похожа…
Киевский мединститут в те годы был средоточием «светил» советской медицины. Институт этот в годы Великой Отечественной войны был эвакуирован в Челябинск - вот откуда тянутся корни, породившие славу челябинской медицины, и её «alma mater», именуемой ныне Челябинской государственной медицинской академией.
После окончания института родители папы очутились на тогдашней польской границе в маленькой Шепетовке.
Дора работала в лаборатории Шепетовской окружной больницы врачом-микробиологом. А Арон, с 1930 по 1932 год проработав школьно-санитарным врачом г. Шепетовка и заведующим медпунктом в селе Городище Шепетовского района, стал интерном-хирургом в окружной больнице.
Окончив интернатуру в январе 1934 года, дедушка стал ординатором хирургического отделения. А 22 сентября 1934 года родился мой папаша.
Городок Шепетовка известен как родина Николая Островского, автора романа «Как закалялась сталь», и Виктор Кислюка, автора ...меня.
Чуть больше чем через год, в приказе № 54 по Шепетовскому горздравотделу значилось: «За хорошую организацию работы с допризывниками по Шепетовскому району, за стопроцентное выполнение этой работы, ввиду чего Красная Армия получила целиком здоровых бойцов, Окрздравотдел награждает врача Кислюка патефоном».
В те годы это был действительно ценный подарок. Папаша мой помнит этот аппарат с детства, как его родители всю жизнь собирали граммофонные пластинки, как танцевали под этот патефон, когда приходили гости. И сейчас, в XXI веке, в нашей квартире в Челябинске и стоит эта реликвия, и я иногда заводила друзьям «старенький хрипящий патефон».
1 октября 1937 года деда призвали в Красную Армию. С тех пор и до конца жизни он был военным врачом. Службу нёс там же, в Шепетовке, а вернее, в пригородном селе Городище, где была расположена воинская часть и госпиталь, в котором он работал в хирургическом отделении
На старой фотографии запечатлён стенд, в нижней части которого видна надпись: «Начсостав ШВГ (Шепетовского военного госпиталя)». Семь человек в белых халатах, в том числе и мои дедушка с бабушкой, и единственный человек в командирской форме, но без халата - комиссар госпиталя Бондаренко, добрый заступник маленького папы.
Доктор Кислюк, доктор Идлис и тов. Бондаренко:
Одно из самых ярких папиных детских воспоминаний: он чем- то болен и ему собираются поставить укол в попу. Витя орет изо всех сил, требует: «Позовите комиссара!».
Дедушка был замечательным врачом, у нас дома есть толстая папка писем от его бывших пациентов, лечившихся в гражданской больнице и в госпитале. Эти пожелтевшие листочки, исписанные корявым почерком людей, не привыкших к письменным упражнениям, трогательные и безыскусные, на украинском и русском языках, содержат слова любви и благодарности, рассказы о своём теперешнем самочувствии и многочисленные поклоны докторам, сёстрам и санитаркам.
Там же хранятся удостоверение члена Шепетовского городского совета Кислюка А.Г. и не-сколько листочков с приказами-благодарностями от администрации Шепетовской больницы, а потом военного госпиталя, пропечатанных сине-фиолетовыми печатями.
В августе 1939 года войска Красной Армии, «освободили» (так это тогда называлось) Западную Украину и Западную Белоруссию. Папа помнит столпотворение военных, двигавшихся через Городище, телеги с лошадьми, дедушку в привычной гимнастёрке, с портупеей через плечо и с неожиданным револьвером в кобуре на поясе. Он уехал с войсками на несколько дней в этот бескровный и быстротечный поход. Шепетовский госпиталь:
…В 1940 году мой дедушка, военврач III ранга Арон Григорьевич Кислюк, майор медицинской службы, начальник хирургического отделения Шепетовского военного госпиталя, был направлен на учёбу на два года в Ленинград, в Военно-медицинскую академию - едва ли не лучшее учебное медицинское заведение СССР. Хирург Кислюк в операционной:
Учился он на кафедре госпитальной хирургии, которую возглавлял знаменитый учёный и хирург В.Н. Шамов, вскоре ставший главным хирургом Красной Армии, а потом ещё и академиком и Лауреатом Ленинской премии. Шамов выделил деда из числа слушателей и сказал ему: «Кислюк, вы хороший хирург, я оставлю вас работать на кафедре после окончания учебы.»
Шамов в нижнем ряду второй слева, с портупеей и в очках, дедушка в верхнем ряду второй слева:
Тут же бабушка и маленький папа приехали весной 41 года в Ленинград, чтобы решить вопрос с жильем. Попав из благодатных украинских краёв в пасмурный Ленинград, папа тут же простудился и долго болел. Его мечтой были две вещи: мороженое, которое не давали больному ребёнку, и катание на так называемых «американских горках» в ленинградском Центральном парке культуры и отдыха на Елагином острове. Лишь в начале лета, в воскресенье, родители торжественно повели маленького папу в ЦПКиО. Папа помнит дорожки парка, посыпанные песком, людей, молчаливо толпящихся у больших чёрных репродукторов, укреплённых на столбах. - Война!
Практически мгновенно семья Кислюк уезжает из Ленинграда, дедушке надо было вернуться в свою часть, в Шепетовку. На входе в городок дедушка встретил местного жителя, увидевшего человека в командирской форме, и сказавшего ему: «Дурак, куда ты идёшь? С другой стороны города уже немцы...» Арон Григорьевич развернулся и покинул Шепетовку. Он догнал госпиталь, который работал «на колёсах», оказывая непрерывную медицинскую помощь раненым и откатываясь вместе с линией фронта на восток.
В октябре 1941 года Шепетовский госпиталь прибыл в Свердловск и из относительно небольшого медицинского подразделения был переформирован в огромный госпиталь на 1500 коек. В 1942 году в госпиталь прибыл с инспекторской проверкой все тот же профессор В.Н. Шамов, главный хирург Красной Армии. Увидев Кислюка, которого он помнил по учёбе в Военно-Медицинской академии, Шамов сказал : «Кислюк, почему вы здесь? Такие хирурги, как вы, должны быть на фронте». И Арон Григорьевич уехал на фронт. Он служил в воинской части 24022 в хирургическом полевом передвижном госпитале ХППГ-5478. ХППГ был медицинским военным подразделением, наиболее приближенным к передовой линии фронта. Госпиталь входил в состав 21-й армии, прошедшей с боями от Ельца и Калуги до городов Райхберген и Кант в Нижней Силезии.
Райхберген, сейчас Сосница ( Польша), кружком обведен дом, где располагался госпиталь.
В семейном архиве сохранился листок из блокнота, где дедушкиной рукой кратко записан путь ХППГ-5478 в годы Великой Отечественной войны с того момента, когда хирург А. Г. Кислюк прибыл в действующую армию. Датирован список 9 мая 1945 года, до того дня вести дневники и записи на фронте была запрещено приказом командования. 1. Западный фронт (Смоленская область): Калуга, Бурцево... Веселуха... деревня Коноплянка... Досугово... Красатинка... Мерлино... Смоленск. Погрузка на станции Колодная и переезд в Калининскую область. 2. Калининский фронт (Калининская область): Калинин, Лихославль... деревня Никулино...Вышний Волочок. Погрузка и переезд в Ленинград. 3. Ленинградский фронт (Ленинградская область): Красное село, Колпино... Разлив, Райвола... Перкиярви, Выборг. Погрузка на станции Сянне и переезд в Эстонию. 4. Первый Белорусский фронт (на Восточную Пруссию): Сульдино-Ям, Нарва, Мариомполь... Кольвадия. Погрузка и переезд в Польшу. 5. Первый Украинский фронт (Польша): Ланцут, Кнапп, Грабки, Пимус, Заверце. Оттуда погрузка и переезд в Германию. Штальмахер, Герцеговальц, Кант, Райхберген. В ночь на 9 мая 1945 года - весть о Победе. Конец войне. А.Г. Кислюк, 9.05.45 г.»
Ещё из более поздних записей деда: «Весной 1944 года 21-ю армию, воевавшую в составе Ленинградского фронта, возглавил генерал- полковник Д. Н. Гусев. Армия тогда про шла с боями от Сестры-реки до Выборга, был сокрушён так называемый «Карельский вал» финнов (то, что историки называют «линией Маннергейма»). Затем началась борьба за Силезский промышленный район. 21-я армия охватывала этот район с севера и северо-запада. Сильный узел сопротивления - город Заверцы. Армия совершила прорыв в направлении города Глейвиц, в тыл вражеской группировки, прикрывавшей Силезию. 27 января 1945 года в Москве был салют воинам, овладевшим крупными центрами Донбровского угольного бассейна. А через день, 29 января, армия взяла города Глейвиц и Гинденбург».
Дедушка на фронте вступил в ряды ВКПб чем очень гордился, как высшим проявлением доверия к нему со стороны военного руководства. Это был патриотизм в высоком смысле слова. У нас дома в длинной шкатулке лежали награды дедушки, в том числе и полученные в действующей армии ордена Отечественной войны I степени и II степени
орден Красной Звезды много медалей, среди них «За боевые заслуги». Эти ордена имеют выбитые номера, по которым видно, что получены они в тяжёлые годы войны. К ним присоединены и послевоенные, не менее многочисленные медали, и ещё один орден Красной Звезды. *** Дополнение - в нашу квартиру в 2023 пришли мошенники (просто начали продавать моей старенькой маме очки, ножи, и прочую ерунду) и попутно украли все дедушкины награды. Вот так. … ***
Также в папке хранятся благодарности командования армией, и лично тов. Сталина:
В дедушкином фотоальбоме есть фотографии военных лет, на них его сослуживцы по ХППГ-5478 - офицеры, врачи и молоденькие девушки, медсестры в гимнастёрках с лейтенантскими погонами. Все эти фото сделаны весной и летом 1945 года в Австрии, где госпиталь встретил 9 мая, и в Берлине.
Как многие, прошедшие фронт, Арон Григорьевич не любил рассказывать о войне, верно, слишком много душевных сил было оставлено там. Немногие его рассказы сводились, в основном, к весёлым случаям. Так, запомнилась мне история про одного из коллег-хирургов, большого любителя традиционного русского зелья. Операции в ХППГ, бывало, шли непрерывно, на нескольких операционных столах. И как-то, когда этот хирург очутился у стола в состоянии сильного опьянения, он сказал ассистировавшей хирургической сестре: «Только держите меня, чтобы я не упал». Оперировал он, по рассказам дедушки, хорошо, как теперь говорят, «на автопилоте». Записка датированная маем 1945 года :
О том же хирурге была история, связанная с пребыванием госпиталя в одном из богатых поместий австрийской аристократии. Офицеры нашли в буфете городского дома бутылки с вином, но пить его было рискованно - а вдруг отравлено фашистами. Тогда тот же герой-хирург сказал: «Я выпью, а вы следите за мной». Он выкушал изрядную дозу трофейного напитка и уснул, а все присутствующие сидели на диванах и ждали - проснётся он или нет. Дедушку все любили, многие долго переписывались с ним, но это было уже позже, в 70-80-е годы. Приведу для примера отрывки из двух писем: «Привет из Ленинграда! Здравствуйте, уважаемый Арон Григорьевич! Извините за беспокойство. Случайно узнала Ваш адрес и решила написать Вам маленькое письмецо. Арон Григорьевич, а знаете, кто Вам пишет? Конечно, Вы уже, наверное, забыли своих подчинённых во время войны, а я вот помню Вас, Арон Григорьевич, помню как дорогого мне человека. Вспомните ХППГ-5478, хозяйство Ю.П. Крапивина. Там я работала в перевязочной медсестрой. Имя моё Екатерина Лебедева, сейчас Майорова. Вспомните, как Вы, дорогой Арон Григорьевич, спасли мне ноги, за это благодарю Вас всю свою жизнь. Сейчас я уже на пенсии, получаю 120 рублей, имею семью, внучек, живу нормально, т. е. не плохо... Теперь не работаю, занимаюсь по хозяйству. Переписываюсь с бывшими фронтовыми подругами... все друзья разлетелись по разным уголкам нашей Родины. Арон Григорьевич, а как Ваше здоровье? Работаете ли Вы? Если не посчитаете за труд, попрошу ответить несколькими словами. Арон Григорьевич, извините за беспокойство, с приветом, Лебедева-Майорова. 12.03.81 г.». Упоминаемый в этом письме Ю. П. Крапивин был начальником ХППГ. А вот и письмо от него. в тех пор, как проводил Вас из города Кант на родину в Свердловск. Пишет Вам бывший начальник ХППГ-5478 Ю.П. Крапивин. Печально, но факт, что обстоятельства разлучили нас на долгие годы. Мой путь оказался тяжёлым. 1945-1947 годы - корпусной врач в Австрии, Венгрии и Украине. Только устроился в город Запорожье, как меня в 1947 году вызвали в генштаб и затем... отправили в «командировку» на многие годы. Вернулся в Ленинград только в 1956 году. В 1959 году уволился из армии в чине полковника. Получил от Вас письмо в середине шестидесятых годов. Но получилось плохо, так как моя «банда» - дети - это письмо и многое другое уничтожили. Детей у меня мало, только четыре - Таня, Вова, Оля, Игорь. Жёны - разные... Должен признать, что Ваш отъезд из госпиталя и г.Кант поставил меня в тяжёлое положение. Я остался один на один с Беленьким, а это было трудно и опасно... Помню Вас очень хорошо. Вы для меня остались на всю жизнь эталоном человека с большой буквы. Должен признаться, что подобных Вам людей я встречал мало. Обнимаю Вас от души. Рад буду получить от Вас весточку. Только сейчас стали приходить письма наших друзей, сослуживцев по госпиталю. Шлю адреса Нелюбовой, Лебедевой... Короче говоря, жду от Вас письма. 14.09.81 г. Обнимаю. Ю. Крапивин. P.S. Нет ли у Вас сведений о Вере Лушкочиной? Я её очень ценил как работника. Вы оба были моей опорой». Думаю, должна быть понятна «командировка» на многие годы, в которую попал майор Крапивин. Неизвестно, где только он отбывал эту «командировку» - на Колыме или в Воркуте.
В Свердловск приходили с фронта редкие треугольники - без марок, со штампом «полевая почта» - письма от дедушки. К госпитальному двору была подведена ветка железной дороги, куда прибывали санитарные поезда с ранеными, и всё папино детство прошло среди них - этих молодых парней на костылях или с забинтованной головой, или неподвижных на узких госпитальных койках.
Дед вернулся из Австрии в Свердловск в середине сентября 1945 года, в тот же самый госпиталь, откуда он уходил на фронт. Вскоре, 3 мая 1946 года, семья Кислюк переехала в Челябинск. Дедушка получил назначение на должность начальника хирургического отделения Челябинского гарнизонного госпиталя, где проработал 37 лет и спас много жизней, рук, ног, голов.
Быть хирургом — великая ответственность, тяжелейший и благороднейший труд, для этого нужны и знания, и особый талант – тонко чувствующие руки.
До последних дней жизни он был верен своему госпиталю и умер там же, в палате, в которую он много лет входил как врач.,
Я пришла туда неделю назад (в мае 2015), чтобы взять одно сохранившееся в госпитале фото, сделанное в 1980 году на 35 лет Победы.
В госпитале я сразу заплакала. Этот госпиталь, его серенький КПП, его старое трехэтажное уже очень ветхое здание с сталинского ампира балюстрадой на углу улиц Российской и Труда – они остались совсем такими же как были в моей памяти с начала 80-х годов.
Я была страстно обожаемой внучкой и платила дедушке тем же. Когда брат Сашка вырос до 10 лет, стал больше тянуться к папе, чем к деду, повзрослел, стал вести интеллектуальные беседы о книгах и музыке, и дедушка погрустнел. Он сказал моей маме: - Вот, Шурочка, я уже и не нужен нашему мальчику… Шурочка ответила, опустив глаза на округлившийся живот: - Ничего, Арон Григорьевич, не волнуйтесь, скоро появится особа, которой вы будете очень нужны! К овдовевшему дедушке настойчиво сватались невесты. Дедушка был идеальным женихом – фронтовик, подполковник в каракулевой папахе, орденоносец, врач, заведующий отделением, вежливый, интеллигентнейший, мягкого характера, педант и аккуратист. Но дедушка всегда указывал на меня – Вот – последняя женщина в моей в жизни!
Мы приходили в госпиталь к дедушке на работу, а потом и проведать его в больнице. Нашу последнюю встречу всегда вспоминает моя мама, мы уже распрощались, и дедушка провожал нас взглядом , стоя у палаты, а мы с мамой удалялись по больничному коридору. И вдруг я рванулась назад, закричала - Дедушка!!! - и вцепилась, обхватив его руками и ногами. Мне было почти 7. Дедушку я больше не увидела.
Мой дедушка был добрым и мудрым, надежным и порядочным человеком, опорой и центром всей нашей семьи. Его любили все, кто знали, очень уважали, ценили. Ни одному доносу, поступившему на дедушку до войны, сотрудник НКВД в Шепетовке не дал ходу. В начале 50-х, у нас дома в Челябинске, как и у всех еврейских докторов , в коридоре стоял тревожный чемоданчик с парой белья и сухарями. В страшном 1952 году профессура Челябинского мединститута ( которая состояла из бывших профессоров Киевской медичной академии, эвакуированной в Челябинск) села в тюрьму во время так называемого «дела врачей». Дедушка тоже был включён в этот список, однако руководство соответствующего органа армии категорически заявило о том, что «Кислюка А.Г. они не отдадут».
Я знаю, что мой дедушка настоящий герой войны, очень скромный, очень мужественный и очень честный. Его мирная специальность призвала его на фронт и столкнула с самыми страшными его проявлениями. Он держал в руке не винтовку, но скальпель. Он руководил не войском, но хирургическим отделением. Он нес людям жизнь, а не смерть. И он очень любил песню Давида Тухманова «День Победы».
Этот текст написан мною по статье моего папы, Виктора Ароновича Кислюка для местного журнала "Инфор" 1997, статья "Мой отец- военный хирург".
Вчера в ночи поимела приступ паранойи, увидев, что у меня более 70 невзаимных дружб. Напугалась, тк пишу я более чем откровенно, всегда. Начала смотреть кто эти люди - и вижу - или пустые жж, или вообще не помню, кто этот человек, никак не опознаю. И куча удаленных журналов... Я оказывается никогда никого не отфренживала за 23 года жж! и видимо налипло. И я устала это всё анализировать и заходить в чужие жж... И потому я открыла список и пошла тупо по зеленым стрелочкам в одну сторону - там где я включила человека во френды, а он меня нет и отжала галки. Не глядя на ники. Не вникая.
И оказалось, что я случайно попутно разфрендила хороших и дорогих мне людей. Дорогие мои френды, проверьте плиз - и напишите мне, если такое произошло! Моя паранойя никак вас не касается! Вы ценный мех! МЫ всё поправим!
Также если мы Не френды - новые люди, ну помашите мне лапой, маякните. Я с удовольствием буду читать новых людей!
Не прошло и ста лет, как я дочитала свою первую книгу на немецком. Gut gegen Nordwind Даниэль Глаттауэр. Бестселлер 2006 года, по которому снят фильм в 2019. Вообще я такое не читаю и не уважаю ( бестселлеры по которым снимают фильмы), но эта книга попала мне, как грится, в самое сердечко. Во первых, это роман в письмах. А я очень люблю эпистолярные ( и дневниковые, и как бы монологичные) романы! [а именно] Опасные связи Шодерло де Лакло Леди Сьюзан Джейн Остин. Даниэль Штайн переводчик Улицкой. Тайный дневник Адриана Моула Сью Танусенд. . Вверх по лестнице ведущей вниз Бэл Кауфман. Мартовские Иды Торнтон Уайльдер 15 лет мне скоро минет Аллы Драбкиной Как всё было Барнса
Во-вторых это роман в электронных письмах, он-лайн-роман! это любому жжсту как елей на душу. И не та тухлая говнятина как "Одиночество в сети" ( извините, кого обидела), а нормальная вполне живая переписка двух людей. В-третьих это очень полезное чтиво на современном немецком разговорном языке двух образованных людей.
Женщина и мужчина начинают переписываться. [спойлеры!] Поводом послужила ошибка в одной букве электронного адреса. Профессор лингвист получает письмо от некоей Эммы, желающей отменить подписку на журнал. Потом второе, третье. Указывает ей на её ошибку, получает извинения, а потом - формальное поздравление с Рождеством. На это письмо он отвечает уже очень резко - спрашивая, что подталкивает людей рассылать спам незнакомым людям? Слово за слово - он цепляют и интригуют друг друга - а сколько вам лет? а что вы такой нудный? а почему вы торопливая как белка? а какой у вас размер ноги? Да по вашим письмам понятно что вам сто лет в обед...
Потом они наконец решаются показаться друг другу - и становится Очень Интересно! Виртуальные образы главных героев мне было не просто понять, просянить для себя на иностранном языке. Лео мне показался очень занудным типом, многословным, велеречивым, душным, вежливым и обстоятельным, и каким-то закомплексованным, ускользающим, отвергающим сближение. Эмми в мои глазах выглядела несколько истеричной, импульсивной, тараторящей как синица, резковатой, язвительной, провокативной, навязчивой и любопытной. В целом обоих героев ты полюбляешь и за их взаимоотношениями следишь очень тщательно. Более всего поражает, что они тщательно блюдут анонимность, не дают никаких реальных телефонов, мессенджеров ( ну ладно Вотсаппа еще не было, но Аська то уже была!), не называют имён, почти ничего не говорят о своей работе - она разговаривают Только друг о друге и Очень абстрактно. Ну ладно, Лео, он работает, он преподаватель, ученый, лингво-психолог. Он одиночка, и никого он своим сидением в электронной почте не смущает. Но у Эмми есть муж и двое приемных детей школьников, а она прям не может оторваться от ноутбука и телефона, тратит на него всё своё свободное время - на рояле не играет, на пробежки не ходит, с подругами не встречается - Ежедневные беседы с Лео поглощают всё её время, это выглядит очень подозрительным...
Я начала читать в 2023, и начало далось мне очень тяжко, это был не мой это уровень языка. Посему я читерски посмотрела кино - "Любовь между строк", откуда и кадры. Фильм очень симпатичный. От романа правда - только общая сюжетная канва, так сказать - по мотивам... Вся суть романа - переписка, знакомство , раскрытие личностей, сближение, привязанность...ну как такое покажешь? Потому получился симпатичный фильм "Мужчина и женщина" или "Вам письмо" . Из хорошего, Лео играет очень симпатичный парень. Честно говоря в кино невозможно поверить, что настолько привлекательный образованный мужик без недостатков залип в виртуальный роман с [спойлер]замужней, когда вокруг бродят толпы реальных свободных студенток девушек. Эмми в фильме - ну просто прелесть, я очень люблю актрису Нору Чирнер. Оба актера гораздо привлекательнее внешне, нежели ожидаешь от героев романа по их письмам... Ох уж это волшебная условность кино.... Из смешного [спойлер спойлер] Фильм кончается по другому! и каково было мое удивления когда я дочитала книгу! я аж поверить своим глазам не могла - что, всё? Он просто ...исчез навсегда? Хлопнув дверью? Они даже не увиделись? Да как же так????
Как истинный душнила я прочла все возможные рецензии на роман в жж, на ливлибе и тд. И должна сказать, что со всеми претензиями к роману я согласна.[что не так] Может и на 1 раз. Может и глуповат. Может и высосан из пальца. Конфликта нет. Переписка очень нудная. Паттерн повторяющийся - а может нам увидеться? -а давай! - ну? - ой, нет - И так три раза... Самое удивительное, где эти люди поняли, что они оба живут в Вене? Лео не называет университет, где он преподает, журнал не называется " куда пойти вечером в Вене" ....Вот что мне кажется Особенно неправдоподобным. Но и все комплименты этому роману справедливы. Он затягивает. Он для особых людей, которые любят писать и читать... Он для жжстов! Он очаровательный. Я им искренне увлеклась ( три года с перерывами мучила, ну дак!) Уже зимой 25-26 года я стала читать поосмысленней, дело пошло - и затянуло! я хотела узнать, а что же дальше! а что же будет! - давно меня так любовные сюжеты не увлекали...Ну и концовка освежающая! Она же кульминация.... Короче - рекомендую! Надеюсь перевод на русский - хорош. Приятного прочтения и просмотра! А кто читал - давайте обсудим - которая из трех потенциальных Эмми-в-кафе была Эмми?
Сегодня моей маме Шуре, Шурочке, Александре Ивановне - 88 лет. Я положила обе восьмерки на бочок. Как и сказал Шварц про мать Григория Козинцева - она — белоснежная, легкая, худенькая, изящная, до самой последней болезни своей, пока не слегла, была подтянута, приодета. Она была из тех старых людей, присутствие которых не тяготит, а радует. А было ей за восемьдесят… Это всё про Шуру. Мама моя удивительно светлый человек. Даже не знаю как сказать правильно- пока? ещё? Нет, она светлый человек вообще, в приниципе. Папа всегда говорил специальным голосом - просто поразительно, женился то я на Шурочке потому что она была исключительная красавица, а она оказалась таким хорошим человеком! И это чистая правда. Маме всегда везло на старших, сильных и любящих. Сначала её опекала мама, моя бабушка Екатерина Герасимовна, очень сильная волевая женщина, очень мощная, основательная, не властная, но очень стабильная, спокойная. Потом Шура жила под крылом старшей сестры Аннушки, моей любимой тёти. Тётя ответственная, разумная, уравновешенная. Тётя говорила мне с небольшой обидой - я всегда старшая и за всё отвечающая! а я тоже хотела бы побыть ...слабой, и чтобы за меня решали! Я смеялась и говорила - тётя, все сильные женщины такое говорят, и ни одна на самом деле не хочет, чтобы за неё решали... Потом мама вышла замуж. Несколько позже многих своих подруг, и слишком поздно для такой хорошенькой, блестяще красивой девушки. Мама не хотела замуж, она хотела танцевать, флиртовать, видеть мир ( ну насколько это было доступно юному инженеру из Челябинска в начале 60-х). Но папа был очень настойчив, верен, два года деликатно, но неотступно ухаживал, обволакивал стихами. Мама прониклась, да и бабушка надавила, не знаю насколько уж ей нравился папа, но она явно хотела пристроить свою слишком красивую и возможно несколько легкомысленную дочь в хорошие руки. Мама попала в папину семью. Очень интеллигентный еврейский врачебный дом, дедушка - полюбивший её от всей души, и она его. И мама и тётя закатывая глаза вспоминали дедушку Арона всю жизнь. Полагали его Лучшим из встреченных ими в жизни мужчин. При том обе имели очень хороших мужей, но на фоне дедушки Арона все меркли :) Даже мой добрейший дядя Владик и мой вдохновенный папаша... Бабушка Дора неизвестно, была ли в восторге от мамы. Может она хотела бы еврейскую невестку? А тут эстонская девочка, вылитая Мэрилин Монро. Но бабушка была самой мудрой женщиной в семье Идлис, очень дипломатичной, воспитанной, прекрасно образованной. НЕ удивлюсь если она была выучена французскому и немецкому, семья Идлисов была очень богатой в своём Чернигове. Ну так вот, единственный горячо любимый сыночек Витя привел домой жену, в небольшую двухкомнатную квартиру. И сразу же они завели ребёночка... Может бабушка хотела свой покой? Это неизвестно, она умерла за 6 лет до моего рождения, а мама не помнит ни одной ссоры, ни одного конфликта. Мама жила в коконе папиного восхищения, дедушкиной заботы, опеки своей мамы ( бабушка Катя жила с нами), поддержки старшей сестры - лучшей подруги на всю жизнь. Папа мыл полы, окна, слагал стихи ( целая стопка самодельных книжечек посвященная маме), носил за мамой чемодан и всегда превозносил маму. Я вообще то думала, что все так и живут - с таким отношением папы к маме. Потом выросла я. Самая желанная девочка в мире. Мама мне рассказывала как она сходила по мне маленькой с ума. Как Сашка ревновал. Я кивала, не очень понимая, что мама имеет в виду. Мы очень дружили. Я рассказывала маме всё, и очень подробно, и очень дословно - Сашка говорил не без ехидства - " журчит наш ручеек"... Мама всегда была в курсе - что как у кого, кто с кем. Свою кстати личную жизнь я от неё держала на дистанции, мама слишком переживала... Я всегда могла рассчитывать на маму. Когда мне была нужна она - она являлась как фея. [страшная история]Когда я принесла Митьку из роддома, мы его с Вовой торжественно уложили в новую кроватищу, испуганно им любовались, как-то пережили первый вечер... А утром Вова ушёл на работу. И я осталась наедине с этим совсем новеньким чудесным непонятным существом. А что с ним делать? Взять на руки или наоборот? а как мыться в ванной? а вдруг он умрет в ту самую секунду как я встану под душ? А вот я есть хочу, а его куда? Ну положила в автокресло, принесла в кухню, Он проснулся и захныкал. Ну взяла на руки, и как есть? Тут раздался звонок в дверь, появилась бабушка Шура, завитая, подкрашенная, сияющая от счастья, мгновенно переоделась в домашнее платьице и торжественно протянула ко мне две руки ладонями вверх, готовясь принять ценный приз. И каждое утро, три года моего декрета в 9 утра сияющая веселая бабушка протягивала свои руки - и сначала я клала туда маленький рулон, потом увесистый кулёк, потом плотный баульчик, потом веселого двузубого, потом прыткого в кудряшках, потом он уже сам бежал к бабушке со всех ног - а я тем временам завтракала, готовила, трепалась по телефону, ходила на йогу, в рестораны, в спортзалы, записывала всех к врачам, покупала машины, сумки, пальто, организовывала отпуска, дачи... Мама служила мне и моему сыну - так же как до того она служила своим старшим внукам- Мише и Марику - упиваясь ролью бабушки.
А я заботилась. Кормила, одевала ей, красила, давала таблетки, покупала путевки, отправляла то в санаторий, то на теплоходе, то в Египет , то в Израиль, то на съезд бибилиофилов, рассказывала ей бесконечные истории...
Бабушка водила Митю из школы первые три года... Шли домой, ели вместе обед... Потом Митя уже так вырос, что сам стал опекать бабушку. Он быстро сообразил, что она самый нежный и уязвимый член семьи, и стал её защищать от меня. Ты кричишь на бабушку! Ты смеешься над бабушкой!
О сыночек, если бы я могла рассчитывать на тебя как моя мама на меня. Сейчас мама живёт в Израиле. У меня есть билеты и есть план, посмотрим как всё получится. Я уверена, что ей хорошо, ей лучше всего именно так. Но как я живу без моей мамы, с которой я провела почти 50 лет своей жизни? Мама теряет память, ориентацию. Но она не теряет оптимизма, она помнит нас, она смеется нашим шуткам, она гуляет и красит губы перед этим обязательно. Мама моя дорогая, ромашка наша в розовых очках. Будь здорова и помни меня. Я скоро приеду.
Мама всегда была в курсе - что как у кого, кто с кем. Свою кстати личную жизнь я от неё держала на дистанции, мама слишком переживала...
