Кодо Саваки
Кто бы по тебе скучал, если бы ты умер в прошлом году?
Ты удивляешься, почему человек напротив делает такое злое лицо? Может быть это потому, что ты сам злишься на него – а он просто смотрит с такими же злыми глазами назад. Что ты чувствуешь по отношению к другим, отражается в их отношении к тебе.
Мы смотрим на вещи сквозь наши цветные очки – в буддизме мы называем это "карма" или "иллюзия". Мир, которым мы довольны, и мир, которым мы недовольны, создали мы сами.
Ты говоришь, что видел это своими собственными глазами, но насколько надёжны твои глаза? Кто решает, что хорошо, а что плохо? Кто решает, что – холодное, а что – горячее; кто решает что победа, а что – поражение и кто может действительно сказать, хороша твоя практика или нет? Каждый смотрит на это сквозь свои очки кармы и иллюзии. Мир, который мы видим, не больше чем конгломерат наших иллюзий.
Седой старик, который когда-то сбежал с женой другого, думает теперь, лёжа на больничной койке, что его жена, которая сама уже стала старой бабой, изменяет ему с другим. Это безумие – проекция его собственной прошлой кармы, которая появляется теперь перед его глазами конкретно и выразительно. Весь этот большой театр, который создаёт мир, всего лишь крутится вокруг призрака – нас водит за нос проекция нашей собственной кармы.
В повседневной жизни мы даём вертеть собой нашим постоянно меняющимся эмоциям радости и горя, счастья и волнения. Толкотня, которую мы видим на улицах Токио – в Сибуя, Синдзюку или на Гиндза – ничто по сравнению с тем, что происходит в тебе самом. Это неизбежный результат твоей прошлой кармы, который манифестируется в многочисленных слоях, накладывающихся друг на друга.
Твоя жизнь – это результат твоей собственной кармы. В данный момент у меня просто ненадолго закончился бензин иллюзий, поэтому я веду себя так спокойно, но у других бензобак ещё на порядок более полный.
В какой-то сутре стоит, что тому, кто всю свою жизнь делал плохое, в час его смерти стены, столбы и двери появятся в образе демонов. Когда ты умрешь, и твоё сознание начнёт растворяться, то твои прошлые дела начнут преследовать тебя, и ты будешь извиваться в боли своей собственной кармы – это действительно так, ты это сам увидишь.
Ты сидишь в колеснице Будды, но из-за того, что не имеешь чёткого представления о себе самом, тебе снится твой сон, состоящий из иллюзии и кармы. Так ты непрерывно ездишь в этой одной колеснице на американских горках в шести мирах (обитателей пещер, голодных духов, зверей, дерущихся демонов, людей и небесных существ).
Твои иллюзии не имеют ни малейшей субстанции. Они рождены из кармы – они просто кажутся такими.
То, что ты называешь горячим или холодным, радостью или горем, ты называешь таким только по сравнению с твоей прошлой жизнью. Это беспредметная карма. Она не существует, но она и не ничто.
В жизни нет ни счастья, ни несчастья. Всё зависит от твоей личной точки зрения: Есть люди, которые даже посреди самого большого счастья, ещё извиваются в своём страдании.
Как бы хорошо тебе не было, просто думай, что это настроение пройдёт. Как бы плохо тебе не было, просто думай, что и это настроение пройдёт. Ты не должен к этому относиться так серьёзно.
Наше тело – это просто временная вещь, состоящая из четырёх элементов: земли, воды, огня и ветра. Но если ты как следует взглянешь, что же является настоящей сутью этого тела, то увидишь, что там абсолютно ничего нет – "Когда ты просыпаешься к телу Дхармы, то видишь, что там нет никакой субстанции" (Сёдока). Если смотреть на всё со стороны отсутствия субстанции, то не имеет ни малейшего значения, как пойдут дела. Кто бы по тебе скучал, если бы ты умер в прошлом году? Никто! Тебе вообще не нужно было рождаться. И если бы ты родился котом или лошадью, то никто бы тоже не имел ничего против.
Ты должен понять, чем на самом деле является твоё тело. Если существование твоего тела только мираж, то на самом деле нет ни рождения, ни смерти. Если ты однажды как следует поразмыслишь над этим, то увидишь, что твоё тело только сон. Оно ненастоящее. Тебе только так кажется.
Что бы с тобой ни произошло: если ты измеришь это линейкой бесконечности, то увидишь, что в этом нет ничего особенного. Так же и если тебе кто-то что-нибудь подарит: ты от радости прыгаешь до потолка, но на самом деле в этом нет абсолютно ничего особенного.
Шакьямуни Будда сказал: "Не бери то, что не принадлежит тебе". Хогэн Биккху ответил: "Понял". Что он понял? Что ему не принадлежит ничего во всей вселенной. И что также нет ничего, что можно было бы взять – тут он был голый как младенец.
Нет ничего, что бы принадлежало тебе, и нет ничего, что бы принадлежало мне. Всё, что ты называешь своей собственностью, ты просто одолжил – на короткое время своей жизни.
Ты говоришь о победе и поражении, выигрыше и проигрыше. Это похоже на то, как если бы ты пробовал посчитать количество волн в море. Воды в море не прибывает и не убывает, но ты видишь только пену 10000 волн перед собой. Так ты и проводишь свою жизнь, качаясь на волнах непостоянства.
Выйди за рамки мужского и женского, бедного и богатого. Если ты выйдешь за все эти границы, то в итоге увидишь, что это только спектакль в театре: Даже Будда просто сон. Сатори просто сон. Если ты посмотришь на свою жизнь с точки зрения ничто, то увидишь, что это всё просто сцены в запутанном сне – там нет ни "смысла", ни "цели".
Ты просыпаешься от своего сна и думаешь, что навсегда оставил позади свои иллюзии? Всё не так просто. Также как рак, пускающий под водой пузыри: Если ты считаешь, что они настоящие, то выяснится, что они ненастоящие, если же ты считаешь, что они ненастоящие, то увидишь, что они настоящие. Мы практикуем внутри нашего сна: Так и должно быть – одно целое с практикой, одно целое со сном.
История твоей жизни как бег облаков. Просторное небо – это пустота. Там нечего схватить – действительно абсолютно нечего.
(В конце жизни, показывая на окно):
Подойди, видишь хребет горы Такагаминэ? Я слышу, как гора зовёт меня: "Кодо, Кодо!".
Фонтан в храме Тюсондзи.
Юмористический рассказ "Басё и Дзэнская сила"
"Однажды поздней осенью Басё скитался по горам на севере Хонсю. Дела у поэта шли неважно: вот уж неделю Озарение не посещало великого хайкуиста, и душа мучилась от острой нехватки Дзэна в стареющем организме. В отчаянии он даже забрался на гору Бандай - но и там, на вершине, нашел только голую скалу да рододендроны.
Заплакал тогда поэт - и с горя решил перекусить немного на краю обрыва. Размотал свои фуросики и достал коробочку с суси, что состряпали поклонники его поэзии, бедные крестьяне из деревушки под горой.
А надо сказать, что все эти крестьяне в деревушках, которых встречал знаменитый бродяга, не всегда понимали и любили его стихи, и далеко не всегда снабжали его чем-нибудь вкусненьким. Вечно это у них зависело то от времени года, то от урожая, то от того, не случились ли с ними накануне пожар, цунами или еще какое нашествие саранчи.
А в двух деревнях его даже побили, обозвав лодырем и попрошайкой, и сломали любимую клюку. С тех пор Басё, перед тем, как зайти в очередную деревню почитать стихи и покушать, всегда предусмотрительно прятал самые ценные вещи под каким-нибудь лопухом. Правда, потом иногда забывал, под каким, - но тут уж сам был виноват и ни на кого не обижался.
Но эти, последние крестьяне оказались особо приветливы, так как всей деревней напились-наелись по случаю свадьбы дочери деревенского старосты. Эти добрые пьяные люди насовали поэту полные фуросики оставшихся после свадьбы сусей, на которые уже смотреть не могли, починили его прохудившийся сямисэн, на котором сами же потом и тренькали до утра, а также смеха ради досочиняли его незаконченный цикл стихов, пока поэт спал, усталый с дороги. Вот смеху-то будет, хихикали шутники: раскроет Басё свои записки в пути - и ну удивляться: "Когда ж это я столько насочинял?!"...
Так что, когда Басё открыл свое бэнто с аппетитными, лоснящимися сусями - неcмотря на печаль, душа у него посветлела. Ловко выхватил он из футляра с кистями любимые палочки для еды - и приготовился трапезничать.
Да не тут-то было! Откуда ни возьмись налетел порыв страшного ветра - да ка-ак вырвет одну палочку из цепких басевых рук! И остался Мацуо Басё с одной-единственной палочкой против восемнадцати сусей...
При этом, заметим, никаких деревьев вокруг не растет, новых палочек не настрогаешь... А кушать охота - сил нет!
Вот тут-то и осенило великого поэта.
И спросил он себя: а что же такое - захват ОДНОЙ палочкой?! Двумя - понятно, двумя и дурак сумеет, а как - одной?! Как мудрецу наесться сусей до отвала с единственной палочкой в бесполезных руках?!?
И не успел он пробормотать еле слышно все эти вопросы - как тут же вся Природа зашевелилась вокруг, а рододендроны на скале даже захлопали от восторга своими пухлыми, мясистыми лепестками. И Космическая Энергия Дзэн стала подхватывать сусю за сусей, обмакивать аккуратненько в мисочку с соевым соусом, что сжимал он в ладонях, - и запихивать, одну за другой, поэту прямо в уста!
... Бушевал ураган, пронизывающий ветер грозился сорвать со скалы одинокую щуплую фигурку, но счастливый и гордый Поэт стоял на обрыве с горящими глазами, всем стихиям наперекор, - и ловил, ловил проворными зубами вкусные, жирные суси добрых крестьян деревушки Бандай...
И впервые за много дней и ночей на сердце у него было тепло и сытно.
Вот так добрый гений и духовная концентрация вновь победили злую Природу. А приобретенный навык еще не раз пригодился поэту в его странствиях. Когда очередные глухие к искусству народные массы не хотели кормить его за поэзию, он быстренько переключался на фокусы с сусями и прочей снедью - и все равно наедался, хитрец! Со временем, говорят, он натренировался кушать, вообще не подходя к столу, а к 60-ти годам его "дальнобойность" достигала уже пятнадцати метров от объекта поедания. С арбузами, правда, выходили оказии: тяжелые, они так и норовили прервать полет и упасть кому-нибудь на голову. Но Басё не грустил и постепенно научился обходиться без этой ягоды в своем рационе.
Со временем слава о его чудесной духовной практике пересекла океаны, и сам Николай Васильевич Гоголь экстраполировал данный способ медитации на украинскую почву, создав широко известный сюжет о варениках в сметане. В ответ на это писатель Акутагава, мстя за сэнсэя, позаимствовал идею рассказа "Шинель" для своей новеллы "Бататовая Каша", а режиссер Куросава снял кино про самурайскую жизнь "Идиот". С тех пор все только и спорят, чья культура первичнее, и даже иногда оскорбляют друг друга.
Но уж мы-то с вами знаем, кто первый начал! "
Автор: Дмитрий Коваленин
Поучительные истории из книги Тайсэна Дэсимару "Дзадзэн, практика Дзэн"
У самурая были большие проблемы с одной мышью, которая поселилась в его комнате. Тогда кто-то сказал ему: "Тебе нужна кошка". Тут он пошёл к своим соседям и нашёл там красивую, сильную и очень впечатляющую кошку. Но мышка оказалась более умной и только смеялась над кошачьей силой. Тогда самурай взял себе другую кошку, хитрую и вероломную. Но мышка была внимательной и показывалась только тогда, когда та засыпала.
Самурай взял себе ещё одну кошку - в этот раз из храма Дзэн. Она казалось очень рассеянной, совершено средней, обычной и спала весь день.
Самурай подумал: "Она мне тут не помощница!". И кошка, всегда сонная, спокойная и равнодушная, быстро перестала вселять в мышь страх. Та перестала обращать не неё внимание и бегала прямо у неё перед носом. И вдруг из ниоткуда была поймана коротким взмахом лапы.
Такой же обычный и заурядный и монах Дзэн.
НЕ НУЖНО БОЯТЬСЯ СМЕРТИ
Молодой монах шёл в город с заданием лично передать одно важное письмо получателю. Он дошёл до границы города и должен был перейти через мост, чтобы войти в него. На этом мосту стоял один самурай, опытный в искусстве владения мечом, который, чтобы доказать свою силу, поклялся вызвать на бой первые 100 человек, переходящих мост. Он уже убил 99.
Маленький монах умолял пропустить его, так как письмо, которое он нёс, было большой важности: "Я обещаю вернуться, чтобы подраться с Вами, когда выполню своё задание". Самурай согласился и пропустил монаха.
Будучи полностью уверенным, что ему пришёл конец, прежде чем вернуться, молодой монах зашёл к своему мастеру, чтобы попрощаться с ним:
"Я должен драться с великим самураем", сказал он, "он мастер в искусстве владения мечом, а я ещё никогда в своей жизни не прикасался к оружию. Он убьет меня...".
"Да, ты действительно умрёшь", ответил ему мастер, "так как у тебя нет ни малейшего шанса на победу. И поэтому тебе не надо бояться смерти. Но я всё же научу тебя лучшему способу умереть - Подними меч над головой, закрой глаза и жди. Когда ты почувствуешь на макушке что-то холодное, то это смерть. Только тогда ты можешь опустить руки. Вот и всё...".
Маленький монах поклонился перед мастером и пошёл к мосту, где его ожидал самурай. Тот поблагодарил его за то, что монах сдержал своё слово, и попросил готовиться к бою.
Началась дуэль. Монах сделал так, как сказал ему мастер. Он взял свой меч, поднял его над головой и ждал, не шевелясь. Эта позиция удивила самурая, так как положение противника не говорило ни о страхе, ни о боязни.
Заподозрив неладное, он начал медленно приближаться. Маленький монах был совершенно спокоен, сконцентрированный только на своей макушке.
Самурай подумал: "Этот человек, несомненно, очень силен, он не побоялся вернуться, чтобы подраться со мной, он точно не любитель".
Монах, всё ещё сконцентрированный на своей макушке, совершенно не интересовался движениями противника. А в того начал медленно вселяться страх:
"Это великий воин", думал он, "только большие мастера с самого начала занимают атакующую позицию. А этот даже закрывает глаза!".
Молодой монах всё ещё ждал того момента, когда он почувствует что-то холодное на своей макушке.
В это время самурай уже совершенно не знал, что ему делать, он уже не решался нападать, будучи уверенным, что после малейшего движения со своей стороны, его разрубят напополам. А монах уже совершенно забыл самурая, стараясь хорошо выполнить совет своего мастера и умереть с достоинством. Но слезы самурая вернули его в действительность:
"Пожалуйста, не убивайте меня, пожалейте меня, я думал, что я король владения мечом, но никогда ещё не встречал такого мастера, как Вы! Пожалуйста, пожалуйста, примите меня в свои ученики, научите меня истинному ПУТИ владения мечом...".
СЕКРЕТ ПУТИ МЕЧА
Однажды молодой мужчина пришёл к великому мастеру пути меча (кэндо), чтобы стать его учеником. Мастер принял его: "С сегодняшнего дня", сказал он, "ты будешь каждый день рубить в лесу дрова и приносить воду из реки".
Молодой человек делал это в течении 3 лет. Потом он обратился к своему мастеру: "Я пришёл, чтобы изучать путь меча, но до сегодняшнего дня я не переступил даже порог Вашего додзё".
"Хорошо", сказал мастер, "сегодня ты можешь войти. Следуй за мной... А теперь походи по комнате, но делай это всегда осторожно, по краю татами, никогда не переступай его".
Ученик провозился с этим заданием один год, пока не пришёл в большую ярость.
"Я ухожу. Я не научился ничему, зачем пришёл сюда!".
"Ладно", ответил ему мастер, "сегодня я преподам тебе наивысший урок. Иди за мной".
Мастер привёл своего ученика в горы. Вскоре они оба стояли перед обрывом. Простой ствол дерева служил переправой через глубокую пропасть. "Давай, иди на ту сторону!", сказал мастер своему ученику. Охваченный страхом и головокружением при виде такой пропасти, молодой человек остался стоять как парализованный.
В это мгновение туда подошёл слепой. Ни секунды не медля, он, прощупывая палкой свою дорогу, спокойно перешёл через ненадёжный мост. Этого было достаточно, чтобы пробудить молодого человека и заставить его потерять весь свой страх перед смертью. Недолго думая, он поспешил к обрыву и перешёл на другую сторону.
Его мастер закричал ему: "Ты постиг секрет пути меча: Отречься от 'я', не бояться смерти. Каждый день рубя дрова и черпая воду ты приобрёл сильные мускулы, внимательно двигаясь по краям татами ты добился точности и изящества движений. И только что ты постиг секрет пути меча. Иди! Теперь ты везде будешь сильнейшим".
ИСТОРИЯ"МЯУ"
Один самурай, который был знаменит как великий воин, ловил в реке рыбу. Он поймал одну и как раз готовился варить её, когда из кустов выпрыгнула кошка и украла его добычу. Взбешённый самурай достал свой меч, догнал кошку и разрубил её напополам. Этот самурай был ярым буддистом, и поэтому его мучила совесть, так как он убил живое существо.
Когда он вернулся домой, то ветер в деревьях пел "мяу".
"Мяу" раздавалось в его шагах.
Казалось, что люди, которых он встречал на пути, кричали ему "мяу".
Его жена только мяукала на него.
Во взглядах его детей виделось только "мяу".
И его друзья непрерывно мяукали, когда он приходил.
Везде и всегда его било в лицо это "мяу".
Ночью ему тоже виделись одни "мяу".
Днём каждый звук, каждая мысль, каждое действие его жизни превращались в "мяу".
Он сам был "мяу".
Его состояние ухудшалось ото дня ко дню. Галлюцинация не оставляла его в покое, постоянно мучила его. Так как в одиночку ему было не справиться, то он пошёл в храм, чтобы спросить совета у одного старого мастера Дзэн.
"Пожалуйста, пожалуйста, освободите меня... Помогите мне...", умолял он.
Мастер Дзэн ответил:
"Вы - воин, как Вы можете дойти до такого? Если Вы сами не можете справиться с этим мяуканьем, то заслуживаете смерти. У Вас нет выбора, как совершить харакири. Здесь и сейчас".
И он добавил: "Поскольку я монах, то испытываю к Вам сострадание. И поэтому когда Вы начнёте вскрывать себе живот, то я отрублю Вам голову, чтобы укоротить страдание".
Самурай согласился на это и, несмотря на свой страх перед смертью, начался готовиться к церемонии. Когда всё необходимое было сделано, он сел на колени, взял меч в обе руки и направил его на живот.
Позади него встал мастер и достал свой меч...
"Время пришло", сказал он, "начинайте!".
Самурай медленно приблизил остриё клинка к своему животу. В этот момент мастер сказал: "А что с мяуканьем? Вы его всё ещё слышите?".
"Неужели, теперь не слышу. Действительно, оно полностью исчезло".
"Ну а если нет мяуканья, то и нет причин умирать".
На самом деле мы все как этот самурай. В страхе и мучениях, трусливые и постоянно боязливые, нас пугают даже полнейшие мелочи.
Проблемы, которые давят на нас, не имеют той важности, которую мы им придаём. Они похожи на мяуканье из этой истории. Что действительно важно - перед ликом смерти?
