Жужжание Жука

Хороший тёплый, даже жаркий денёк выдался среди сплошной дождливой и какой-то неиюльской погоды. И мы с Федькой убежали на луга к Алфертищеву за луговой клубникой. А её там как и других ягод в этом году - урожай. Не сходя с места, за двадцать минут заполнили мы свои полуторалитровые контейнеры. Нащёлкали горстями спелых, тёмных ягод, прячущихся в высокой в этот раз траве.
В результате собирание луговой клубники превратилось у нас просто в поход по любимым местам за ней и обратно. Прошли мы знакомыми цветущими лугами с колокольчиками, через маленькую речку Неглядейку, в которой на песчаных отмелях гуляют стаи гольянов. Повспугивали с мокрого песка пьющих там бабочек - голубянок и толстоголовок. Завернули по старой памяти в деревню Балково с вишнями в палисадниках, с цветущей мальвой и поющими зеленушками.
Одно только расстройство - потеряли мы ещё одну опушку у города. Очень красивую, с лесной земляникой и редкими цветами, с краснокнижными бабочками - непарными червонцами. К большому моему сожалению, отдали опушку под застройку и нагородили теперь заборов, заходящих прямо в лес. А природа отодвинулась от нас ещё дальше. Удивительно, население нашего городка не увеличивается, а сам город расползается и расползается, захватывая самые ценные природные участки, самые красивые и видовые. Так лишились мы клубничного луга с видом на излучину Оки, где всем городом справляли Петровки, теперь там просто заасфальтированная парковка, а Оку загородили крыши коттеджей. Под частную застройку уходит земляничная и цветочная опушка сейчас. Тяжело жить у большого мегаполиса, здесь у природы нет никаких шансов сохраниться.
В грустных чувствах потом дома весь вечер отрывал я от клубничных ягодин чашелистики. Это занятие оказалось не такое спорое, как собирание, но зато уж надышался ароматом луговой клубники как следует.

Пущино – Подмоклово – Малынь, река Плава, – Крапивна, 26 июля 2025 года

В двадцатом, карантинном году, когда я впервые за много лет не смог выбраться весной и в начале лета за птичьими голосами, появилось у меня новое увлечение – находить новые для себя виды растений, узнавать их – определять. Оно очень выручило меня в тот год – я облазил в поисках редких травок и цветов все Пущинские окрестности, и к августу обнаружил, что моё погружение в природу приобрело ещё одно измерение очень ценное и необходимое для широкого взгляда на мир. А ещё приобрели для меня конкретный смысл сотни прекрасных русских слов – названий растений. Ширица, дивала, торица, мшанка, скерда, репешок, лядвенец, лисохвост, пикульник, чистец… и так можно до бесконечности. Ну не красота ли, а? И за каждым словом маленькие или наоборот немаленькие цветочки– розовые, белые, жёлтые, лиловые, и за каждым словом свои запахи-ароматы.
Увлечение это я каждую весну тем не менее стараюсь пригасить, чтобы не отвлекало оно от природных звуков, от записи птичьих голосов. Но каждую середину лета с затиханием весеннего птичьего пения я вновь обращаюсь к травкам. Правда за пять последних лет незнакомые растения в окрестностях Пущино стали заканчиваться. Теперь, чтобы найти что-то новенькое, нужно приложить уйму усилий.
Но совсем недалеко в южном направлении от нас лежит Тульская область, и там уцелели по всяким горкам, балкам и склонам крохотные участочки степей, а в них прекрасные и невиданные для меня травки и цветочки, новые южные бабочки и другие насекомые (ими я тоже стал интересоваться, чего уж мелочиться).
И вот уже несколько лет мы с Владом в июле-августе обследуем одно степное пятнышко за другим. Влад пытается поймать рыбу на ближайших речках и с удовольствием фоткает птичек, а я совмещаю сразу орнитологию, ботанику и энтомологию. За пять лет мы были несколько раз на Осетре, ночевали на Верхнем Дону и на Красивой Мече. Сегодня нашей целью были крохотные степные участочки на скромной речке Плаве, что впадает в Упу у Крапивны. Решили обойтись без ночёвки и обернуться за день.
Ехали мы как-то медленно и не напрямую. Влад был с самого утра уставший. Сначала утром заезжали на Подмокловские карьеры – посмотреть редких куликов, которые там должны уже начать появляться. А мне ещё хотелось записать малых крачек, и я рассчитывал найти их там. Малые крачки были, но рядом гудели качалки для поливки новых линий парников, всё больше и больше захватывающих окскую пойму. И ещё мой рекордер в нужную минуту отказался работать.
Потом мы плутали по бескрайним полевым дорогам, то и дело выезжая во всякие красивые места, где просто нельзя было не остановиться не пофотографировать. То огромная мурмурирующая стая скворцов на коровьем выгоне образовывала в себе воронку, пропуская самку лугового луня, то появлялась разрушенная церковь в зарослях шиповника с полчищем городских ласточек у почти сгинувшей деревни. То просто пшеничное поле с синими васильками и ещё более синими сокирками. На фотоаппарате у меня отказал зум, и я потерял возможность приближать объект съёмки. А тут как назло стали на полевых дорогах появляться перед машиной всякие птичьи редкости, то перепёлка с колеи не уходит - стоит на машину смотрит, то белейший самец степного луня сядет на дорогу перед машиной, слетит и пересядет чуть дальше. Влад щёлкает. А я на них просто любуюсь и не могу сфотографировать.




( Collapse )

Пущино, 6 июля 2025 года

Как не сыр и холоден был июнь, а первую корзиночку луговой клубники мы – Оксана, Федя и я в лугах за Балково набрали. Исполнили, можно сказать, ежегодный семейный обряд. Преклонили колени и заглянули в мир луговых трав, ягод, цветов, бабочек и кузнечиков. Порадовали свои обонятельные и вкусовые рецепторы. Клубники в этом году не сильно много, но есть. Кисловата, да думаю, ещё дозреет. Там же на луговых склонах нашёл я молодой куст ирги весь облитой тёмно-сизыми спелыми ягодами. Ох и отвёл я душу, как в детстве до синих языка и пальцев. А Фёдор только аккуратно угостился горсточкой.
Возвращались мы через Балково по главной улице. Балковские жители восхищались нашей корзиночкой с клубникой, спрашивали за сколько времени мы её набрали. А мы восхищались ранней вишней в балковских палисадниках и даже угостились чуть-чуть.

коло полуночи пошли мы с Федей в наш ближайший лес на ручеёк Солоновку проверить нет ли там светлячков - самое светляковое время сейчас. Но светляков мы не нашли. Может место не то, а может холодновато было. Зато в лесу на освещённой лыжной трассе массово цветёт бутень ароматный, и столько ночных бабочек там летало под фонарями над белыми зонтиками, сколько я ни разу не видел там дневных. Там под фонарями на лесных тропинках среди белых зонтиков бутня, с хороводами ночных бабочек и со стрекочущими с опушки кузнечиками не отпускало меня чувство, что мы встретим сейчас Тоторо.
А ещё сегодня в полночь были самые красивые в это лето серебристые облака - между тёмных туч они сияли голубыми правильными волнами. И сквозь эти светящиеся волны проглядывали звёзды.

Иногда я жалею, что "Жужжание Жука" вышло без моих фото. И тогда я иллюстрирую здесь какой-нибудь день из "Жужжания" самыми, что ни на есть оригинальными фотками из того дня.

Подосинки, национальный парк «Смоленское Поозерье», Смоленская область, 9 июня 2024

Всё-таки очень рано птицы начинают петь в июне. Тяжело каждый день до рассвета вставать охотнику за голосами. Сегодня вышел в три утра. А там туманище! Реку Ельшу и луга приречные просто пуховым одеялом накрыло. Ветра нет – не шелохнёт. И всё поёт-заливается. Иволги, камышовки, славки, дрозды. Звук сочный, необыкновенный. А у кукушек и коростелей, как полагается в тумане, с эхом голоса. А с Ельшанского озера ещё и выпь басит, да на таких низах, аж в животе всё покачивается. И свежесть дорассветная и отрепетированный за май птичий хор бодрят необыкновенно. До комаров ещё три часа, а до мошки все четыре. Записывай звуки – не хочу.
А потом солнце туман пронзило. Засверкала роса. Запахло листвой ольховой да ивовой, цветущими зонтиками купыря и бутня. Загомонили скворцовые стаи сплошь почти из лётных серых молодых. И сам как будто-то только на крыло встал.
У деревни Мочары лошадь гнедая со светлой гривой в цветущих люпинах пасётся. Грива и люпины от солнечных лучей светятся.
В восемь утра ветерок лёгкий подул. Жарко становится. Комары в теньке проходу не дают, и мошка появилась. Припозднившийся рыбак в сапогах на речку прогрохал. Машины по дороге поехали. Утро ещё продолжается, и много кто поёт, а я уже притомился. Надо завтракать идти и поспать немного. Не зря всё-таки так рано вставал. Сегодня я записал, наверно, самые красивые в моей коллекции пересвисты иволг.

июнь 2026, остров Ряжков, Белое море

Самым замечательным событием этого дня была ночь! Обычная белая заполярная ночь. Летние ночи здесь только называются белыми, на самом деле они цветные.
Они как сказочные сны. И пусть я, проходив её всю, ничего особенного сегодня для этой поездки не записал. Осталось на карте памяти уже привычное беломорское – голоса гаг (которые токуют теперь не так охотно, как в первые дни), вопли куликов-сорок, звук крыльев гоголиных стай, песни белобровиков, низкое «га-га» большой морской чайки, токование над спокойной водой перевозчиков. Может быть только переливчатый свист в полёте селезня синьги был единственным по-настоящему новым звуком за эту ночь. Да и то синьга пролетела ещё до двенадцати.
Но сама ночь околдовывала – запахи, краски, по-особому звучащие звуки. И наконец-то всю ночь стоял полный штиль. Всю относительно тёмную часть времени на небе менялись облака, играли краски. Ночь из зелёной становилась голубой, потом медовой, а потом клубничной. В какой-то момент из-за гор пришли облака с упорядоченным рисунком как атласное стёганное одеяло. И они сияли жёлтым, розовым, в каких-то участках были серебряные. По волнистому рисунку сквозь них слегка просвечивало низкое солнце. Горы и далёкие острова темнели густо-синим. Самые дальние горки на другом - Карельском берегу всю ночь были освещены невидимым солнцем, и они были розовые. Всё это вместе размытыми цветами отражалось в море. А само море было полно птицей – в последние дни на нём появились самцовые стаи больших крохалей, гаг, гоголей. И если посмотреть – то тёмные запятые уток виднелись на разноцветной воде повсюду. Летали чуть выше границы водной и воздушной стихий редкие чайки. Откуда-то совсем издалека недоступные моим микрофонам кричали краснозобые гагары. Далеко-далеко над островами пролетела цепочка белоснежных лебедей. Я разрывался от желания оставить звуки и стать фотографом, настолько величественные и безупречные вокруг разворачивались картины природы.
И одновременно после полуночного затишья просыпались птицы. В час закуковала кукушка, потом заголосили кулики-сороки. В три часа на опушке леса запела большая синица. Зяблики, лесные коньки, мухоловки-пеструшки и горихвостки включились ещё позже. К семи утра я еле волочил ноги, и даже не заметил, когда фотографировал душистые колоски, что с головы упали наушники и потом волочились по мокрой траве. А я ещё думал, что это там тащится за мной такое.
Полвосьмого я упал в койку и уснул. А когда проснулся, за окном пошёл тихий-тихий дождь. И дождь этот с перерывами идёт пока весь день.
К вечеру к дождю прибавился ветер, а спустя пару часов и вовсе заштормило. Теперь топлю печку, заполняю дневники. Ждём следующего штиля.







( Collapse )

Уже понятно, что этот год выдался земляничным. И в огороде сейчас полно садовой земляники, и в лесу - лесной. А ведь ещё на подходе луговая клубника - самая сладкая наша ягода.
Мы сегодня с Оксаной выбежали в лес на полчасика до первого дождика. И, наверно, литр на двоих набрали - спелой, душистой, сладкой и чуть горчащей. Поиграли с земляникой в прятки. Сядешь на корточки - полно вокруг ягод краснеет, придвинешься, нависнешь над кустиком - нет ничего. Всё в зелени попряталось. Тренируешь память, вспоминаешь, где была - отодвигаешь траву и цветы, и опять сверкнут красным ягодки. Ах вот ты где!
Набрали мы земляники настоящей - лесной и ещё мускусной или мускатной. Не все знают, но лесных земляники у нас две - настоящая лесная и мускусная. У лесной ягодки часто продолговатые, заостряющиеся, у мускусной почти всегда - круглые. Ягода лесной - яркая, красная, а у мускусной, когда она спелая, потемнее, иногда совсем фиолетово-сизая. Лесная земляника низенькая - мускусная повыше, особенно в траве. И у мускусной на цветоносе побольше ягод - три, четыре, бывает и пять, оттого полегче её собирать. Лесная растёт на светлых тёплых опушках, с иван-да-марьей или вообще одна. Мускусная любит тенёк и траву, и чаще находишь её с раскидистыми колокольчиками, среди цветов грушанки или вовсе с душистой орхидеей - любкой. Мускусная, понятно уже по названию, душистее, а лесная, может оттого, что на солнышке, быстрее делается слаще.
Паслись мы вчера с Федькой в берёзовом лесу, где грозди земляники побогаче, любовались одновременно цветами. А потом вышли на опушку к сосенкам, и там лесная такая сладкая. Мы и собирать перестали - всё в рот.
И всё-таки особенно удалась в этом году мускусная, это и по запаху в лесу и в наших корзинках чувствуется.