Centre for Fundamental Sociology

За последние сто лет футбол из простой игры-развлечения превратился в один из факторов мировой политики, оказывающий влияние не только на умы и души сотен миллионов болельщиков, но и на политические, экономические, социальные аспекты современной жизни. В интервью с ведущим исследователем отечественного спорта М. Ю. Прозуменщиковым, одним из составителей сборника документов, выявленных в Российском государственном архиве новейшей истории, речь идет о создании советской системы партийного контроля над большим спортом (и прежде всего футболом), о взглядах руководителей СССР на возможность использования футбола в идеологических целях, о роли советского государства в поддержке и развитии массового футбольного движения. Также затронуты вопросы системы архивного хранения документов по спорту в СССР. Вначале обсуждается история возникновения издательской серии, посвященной спортивным мегасобытиям с участием советских спортсменов-Олимпиады-80, зимним Олимпийским играм и большому футболу. Далее исследователь рассказывает о трудностях, связанных с поиском релевантных документов о советском спорте в существующем архивном ландшафте современной России. Основная часть беседы посвящена структурным проблемам отечественного спорта, начиная с раннего СССР и заканчивая распадом системы госспорта при М. С. Горбачеве. В качестве отдельных тем затрагиваются такие важнейшие проблемы спортивного движения в Советском Союзе, как интернационализация советско

С порт в современном понимании 1-исторически относительно новый телесно-культурный феномен, насчитывающий от силы 150 лет собственной институционально фиксируемой традиции. При этом сегодня многие сферы нашей жизни уже немыслимы вне процесса охватившей их «спортизации», такие, например, как мода, сексуальность, массовая культура, образование и т. п. По сути, Кильдюшов Олег Васильевич-научный сотрудник Центра фундаментальной социологии НИУ ВШЭ, руководитель исследовательского семинара «Спорт в перспективе социальных и гуманитарных наук». Научные интересы: теория социального порядка, политическая антропология, социология спорта.

В статье рассматривается проблема социального порядка или вопрос о том, как возможно современное общество, состоящее из множества рациональных акторов, преследующих свои частные интересы и часто имеющих противоположные цели. Показывается, что данная проблема, вошедшая историю мысли как «Гоббсова», давно находится в центре социально-научного дискурса: впервые в общем виде ее еще в 1651 году поставил Томас Гоббс в своем «Левиафане». Отмечается, что его решение проблемы порядка, заключающееся в признании необходимости учреждения доминирующей политической инстанции, т. е. государства, способного поддерживать стабильность общественных отношений, вызвало интенсивные теоретические дебаты, которые продолжаются до сих пор. Фиксируется, что социальными мыслителями было предложено множество вариантов ответа на Гоббсов вопрос, но ни один из них не является окончательным или исчерпывающим-именно в силу конститутивного характера проблемы социального порядка для самого дискурса Модерна. В работе предпринимается попытка реконструировать различные теоретические и методологические подходы к данной теме, начиная с варианта решения самого Т. Гоббса, включая формулировку Т. Парсонсом и заканчивая аналитическими концептами порядка, разработанными современными социальными теоретиками разных направлений. Показано, что в социальных науках устойчивый интерес к Гоббсовой проблеме характерен прежде всего для утилитаристской традиции, пытавшейся объяснить возникновение порядка из индивидуальной калькуляции выгоды отдельными акторами. Отдельно критически рассматривается «нормативный» вариант решения проблемы социального порядка, объясняющий общественную интеграцию посредством совместно разделяемых норм и ценностей. Делается вывод о том, что перевод старой проблемы классической политической философии Нового времени на язык актуальной социальной теории позволяет еще раз проблематизировать эвристические основания дискурса политической современности путем операционализации ее центрального понятия.

At the beginning of the article, the author explains its idea-to explicate the conceptual approach to war as the most important structural element and mechanism for maintaining social order. The author claims the existence of a stable tradition of theorizing based on the argument about the social functionality of the structural violence, which allows interpreting war as a special type of sociality. The representatives of this conventional line of argumentation mentioned in the article are such key figures in the history of ideas, as Thomas Hobbes, Carl von Clausewitz, Carl Schmitt and Michel Foucault. The author formulates ten theses, which problematize the heuristic aspects of war in relation to the theory of social order and are accompanied by short comments explaining the ambivalent status of war topics in the philosophical tradition and sociological classics, because neither of them developed a complete theory of war relevant from the social theory perspective. The key theses state that war experience is constitutive for human societies, and reconstruct the line of argumentation that emphasizes the constitutive function of war for social institutions and political order and the role of war as a major factor of social transformations in the modernity for this role is often underestimated in sociological theory. In conclusion, the author states the need for analytical explication of the organized violence functionality in relation to the structures of social action typical for the modern era. He also claims that within the proposed social-theoretical perspective the war can become a heuristic key to understanding the nature of the social, because this approach allows not only to consider war as a cultural-universal phenomenon, but to analyze more realistically the structural role of violence in the processes of production, reproduction and transformation of social orders.

Статья посвящена творческому наследию выдающегося исследователя «советского человека» Натальи Никитичны Козловой (1946-2002). В своих сочинениях 1990-х годов по социологии повседневности и социально-исторической антропологии она разработала уникальную методологию изучения человеческого измерения «модернизации сверху», проводившейся в СССР в рамках политики построения социалистического общества. Ее исследовательская программа была направлена на теоретическую реконструкцию социальных практик и модусов существования «простого советского человека», понимаемого в качестве «антропологического последствия» попытки реализации коммунистического проекта в России. При этом стремление к «обнаружению следов маленького человека в большой истории», как формулировала свой творческий метод сама исследовательница, не имело ничего общего с идеологически нагруженным дискурсом «тоталитаризма»: Н. Н. Козлову интересовали не столько формы контроля над обществом со стороны диктатуры, сколько лакуны в нем, не техники тоталитарного господства, а практики неполитического сопротивления снизу, не тотальность, а дискретность социальной ткани нового массового общества. Ведущим познавательным интересом в ее работах, новаторских как с содержательной, так и методологической точки зрения, всегда оставался «неправильный» советский модерн, плохо вписывающийся в нормативные представления о Современности. Исследовательская оптика, разработанная в трудах Козловой, сохраняет свою эвристическую значимость и сегодня, когда Россия переживает своеобразный «советский ренессанс». Более того, ее подходы к изучению общества «нового типа» во многом позволяют понять на антропологическом уровне и то, что сейчас происходит с нашей страной. В статье реконструируется исследовательская программа Н. Н. Козловой по изучению советской социальности как предмета социальной философии и социальной антропологии. Основное внимание будет уделено теоретическим подходам к анализу повседневных практик, позволившим ей разработать уникальную авторскую методологию.

The paper is a review of a number of writings in the humanities and in social science devoted to George Martin’s series of epic fantasy novels A Song of Ice and Fire, and the television-serial drama Game of Thrones. At the beginning, we analyze the researchers’ most heuristically-fruitful intellectual reactions to Game of Thrones, that is, specific products such as texts that may be of interest to social theory. The main part of the article considers the institutional and discursive order of George Martin’s saga through the research lens of the classics of modern social theory, such as Niccolo Machiavelli, Thomas Hobbes, and Max Weber. The paper then briefly touches upon the religious situation in Westeros, whose system of values and norms is paradoxically characterized by both post-secularism and a surge of religious fundamentalism. As a next step, it analyzes the political theology in the Game of Thrones, which is considered within the perspective of a transcendental legitimizatio...

Судя по всему, исследование «Город» является самым издаваемым по-русски текстом Макса Вебера. Если я не ошибаюсь, вместе с изданием 1923 года 1 выпущенная недавно Институтом «Стрелка» версия будет уже четвертым опытом обращения отечественных издателей к данной работе. Между ними были публикации в сборнике веберовских работ, вышедшем в 1994 году в известной серии «Лики культуры» 2, а затем в томе «История хозяйства. Город», изданном Центром фундаментальной социологии в 2001 году в серии «LOGICA SOCIALIS» 3. При этом издание ЦФС воспроизводит перевод 1923 года, выполненный Б. Н. Поповым под редакцией крупного русского историка и социолога Н. И. Кареева (1850-1931), тогда как обсуждаемая здесь книга является вариантом перевода М. И. Левиной, заново сверенным с оригиналом и исправленным ведущим научным сотрудником Института гуманитарных историко-теоретических исследований НИУ ВШЭ К. А. Левинсоном. Таким образом, в русском культурном пространстве присутствуют целых три версии «Города» М. Вебера, восходящих к одному и тому же оригиналу-к восьмой главе первого посмертного издания веберовского opus magnum «Хозяйство и общество» 4. Понятно, что более поздние варианты отражают произошедшие в языке изменения, прежде всего в стилистике и лексике. Более того, К. А. Левинсон в кратком послесловии «От научного редактора» указывает на ряд предпринятых им сознательных содержательных интервенций, связанных с передачей важных для Макса Вебера понятий (с. 249-250). Например, такое ключевое понятие веберовской

Статья представляет собой новую редакцию доклада профессора Высшей педагогической школы в Гейдельберге Райнхарда Меринга, известного биографа и исследователя творчества Карла Шмитта. Она была специально переработана для публикации в русском издании. В частности, учитывая интересы отечественной публики, автор добавил отдельный раздел об образе России в работах К. Шмитта. В нем кратко реконструируются шмиттовские представления о «ментальной географии»-месте Европы и Германии в ХХ веке, а также о геополитической принадлежности Советской России. Завершается первая часть интересной спекуляцией автора о том, как классик воспринял бы ситуацию в современной Российской Федерации. Далее, в начале следующей части излагается методологическое кредо исследователя, позволяющее, на его взгляд, адекватно работать с текстами такого сложного автора, как Шмитт. Во второй части рассматриваются редакции работы «Состояние европейской юриспруденции» и контекст ее возникновения, в частности говорится о докладах военного времени (1943-1944), уже содержавших смысловое ядро последующей публикации (1950). В третьем разделе реконструируется шмиттовский взгляд на историю юриспруденции, начиная с 1920-х годов. Заключительная, четвертая часть, посвящена анализу структуры самой работы. В качестве удачной иллюстрации в жанре истории идей приводится «зеркальный кабинет» Шмитта, т. е. набор референтных авторов, с которыми он себя отождествлял в разные годы. Завершается статья выводом об эвристическом потенциале работ классика, позволяющих многое понять в актуальных политико-правовых дебатах.

The paper is a review of a number of writings in the humanities and in social science devoted to George Martin’s series of epic fantasy novels A Song of Ice and Fire, and the television-serial drama Game of Thrones. At the beginning, we analyze the researchers’ most heuristically-fruitful intellectual reactions to Game of Thrones, that is, specific products such as texts that may be of interest to social theory. The main part of the article considers the institutional and discursive order of George Martin’s saga through the research lens of the classics of modern social theory, such as Niccolo Machiavelli, Thomas Hobbes, and Max Weber. The paper then briefly touches upon the religious situation in Westeros, whose system of values and norms is paradoxically characterized by both post-secularism and a surge of religious fundamentalism. As a next step, it analyzes the political theology in the Game of Thrones, which is considered within the perspective of a transcendental legitimizatio...

Review of: Moiseyev, D.S. 2021. Politicheskaya doktrina Yuliusa Evoly v kontekste “konservativnoy revolyutsii” v Germanii [The Political Doctrine of Julius Evola in the Context of the “Conservative Revolution” in Germany] [in Russian]. Yekaterinburg: Kabinetnyy Uchenyy.

The article considers a little-known topic in the history of the social thought, which has regained relevance under the pandemic - the discussion between the outstanding philosophers of the German idealism on the conceptual interpretation of police as an earlymodern form of biopolitical control. In the introductory part, the author argues that the critique of the science and practice of policing by the classics of the German idealism is paradigmatic for the present-day study of the new/old functions and powers of the sanitary-police state concerning the modern civil society’s self-reflection. In the first part, the author describes the tension between the Enlightenment philosophy and the ‘science of policing’ developed by the Cameralists of the 17th-18th centuries, and emphasizes the significant intellectual contribution of the Enlightenment thinkers, primarily Kant’s legal doctrine, to the radical innovations in the political semantics at the turn of the 18th-19th centuries. Such i...